Книга (не) счастье для Миллиардера, страница 40 – Софи Вирго

— Только от запаха? Не пробовал что ли? – по-свойски начинает бабушка, чуть не уронив ложку от удивления.

— Получилось так. Но уверен, что так прекрасно пахнет, не может быть невкусным.

Амир

— Ликочка, солнышко мое, - начинает бабушка златовласки, и по мудрым глазам вижу, что сейчас она выставит внучку, чтобы поговорить со мной с глазу на глаз.

Я абсолютно не против. На это и рассчитывал, когда ехал сюда. Вещи Лики да, забрать тоже важно, но изначально они в план не входили. Как и откровение, что ее заклюют в институте.

Мой промах. Для студентов ведь не важны причины моих поступков, они мыслят однобоко и только со своей колокольни. И почему-то мне кажется, что их подколки будут тормозить наше сближение, а я не железный. Когда рядом малышка, у меня все в приподнятом настроении, и сколько времени у меня до срыва предохранителей никто не знает.

Но со студентами решу вопрос. Скрываться не намерен, и пусть все это видят. Если бы мне нужна была только постель, точно бы скрывал, а так, женой ее вижу, так что, пусть засунут свои языки.

А особо деятельным придется укоротить языки. Начну с родителей, которым намекну на перекрытые перспективы, потому что я выше каждой этой сосунковско-мажорской шайки. Со мной стоит дружить, а не ссорится. И если детки не без Царя в голове, то проблем не будет.

— Иди пока вещи собери. Потом чай попьем спокойно. Я как чувствовала, на выходных все освежила, отгладила. Думала, что уже должна была моя бусинка замерзнуть и приехать.

— Бабуль, - ласково тянет Анжелика и дает понять, что надо выползти из-за стола.

Пропускаю ее. Они крепко обнимаются, а потом Лика целует ее в щеку. Они счастливы. Видно, что между ними теплые отношения. Не представляю, чего стоило этой женщине взять себя в руки, чтобы пережить смерть ребенка и воспитать внучку.

— Ты лучшая. Только не готовь ничего, ладно? Просто чай, хватит с нас. Ты и без того устаешь, а мы спонтанно.

— Иди уже, не буду, - хитрые прищуры у обеих, и расходятся.

Слышится хлопок двери, и становится понятно, Лика сейчас будет все складывать в чемодан. Что же, инициатор женщина, ей первой и начинать. Я собирался все обсудить при Лике, она решила иначе.

— Ну? Зачем увязался? – любезность слетает с ее лица.

Сейчас передо мной взрослая львица, повидавшая жизнь, пережившая многое, и сейчас она готовится к очередному прыжку, чтобы перегрызть горло врагу за своего котенка, и неважно, что котенок уже тоже львица.

— За женой, - глядя в глаза, говорю без малейшего колебания.

— Ишь чего захотел. Не староват ты для моей внучки? Знаю я вас таких. Вскружите, наобещаете, а потом ищи свищи.

Нравится мне эта женщина. Прямо. В глаза. Без реверансов. Говорит, что думает, и это ценнее всего. Лучше пусть она меня на кухне в пух и прах разносит за свою внучку, чем потом из-за спины удар нанесет.

— Возраст чувствам не помеха. Большевата разница, не спорю. Но нас тянет друг к другу. Лика еще молодая, не видит этого. Но я четко знаю, чего хочу в этой жизни, и понимаю, с кем я это получу. С вашим согласием или без, я все равно не отступлю, - ловлю ее прищур, и с трудом сдерживаю смешинку.

Так и вижу вопрос: «А я тебе тогда зачем, раз все решил?».

— Мы с Ликой даже не встречаемся. Только познакомились.