Книга После развода. Ненужная любовь, страница 64 – Катя Истомина

— Четверка — это отлично, — кивает Самир, и я вижу, как он цепляется за эту кроху информации. — Алгебра вещь непростая. Если что, я… я когда-то неплохо в ней разбирался. Могу помочь, если захочешь.

Амина ничего не отвечает, лишь пожимает плечами. Она борется с собой. Ей и хочется, и колется.

— А у меня сегодня динозавр из пластилина получился! — вмешивается Амир, чувствуя, что внимание папочки ускользает из его детских ревнивых рук. — Я его в садике лепил, а воспитательница похвалила!

— Ты молодец, так держать, — потрепав сына по макушке, хвалит Самир, и у Амира словно крылья за спиной вырастают от похвалы.

Ужин продолжается в таком же духе. Амир тараторит без умолку, Амина изредка вставляет слово, я молча ковыряю вилкой в тарелке, как и Анжелика. Самир ест медленно, скользя по нам взглядом. Черт, не хочу, мне противно. Хорошо еще сегодня нет десерта, а то бы еще и на чай остался.

Проходит, наверное, час, пока он наконец не отодвигает пустую тарелку.

— Спасибо за ужин, — благодарит Самир вставая. — Было очень вкусно, но мне пора.

Ура!

— Уже? — хнычет Амир с дрожащими губами. — А ты еще не посмотрел моего динозавра!

— Солнышко. К сожалению, у меня есть еще кое-какие дела, которые нельзя отложить. Но я завтра позвоню, обязательно, хорошо? И ты мне все про него расскажешь, — столько теплоты голосе бывшего, что меня передергивает. Он надо мной издевается.

— Обещаешь? — смотрит на него Амир, в его глазах читается безоговорочное доверие.

— Обещаю, — Самир кладет руку на его голову и треплет волосы. — Честное слово.

Он прощается с Аминой, которая поднимает на него взгляд и коротко кивает, и идет в прихожую. Я следую за ним, чувствуя странное облегчение от того, что он уходит, и тут же предательскую пустоту, потому что не пытается остаться. Вот так все странно во мне.

— Спасибо, что… что погулял с ним, — выдавливаю из себя. — Он в восторге, ему тебя не хватало.

— Не за что, — он надевает пиджак, и застегивает пуговицы. Медленно. — Мне это в радость. Он… он замечательный мальчик. Умный, любознательный. Ты… ты прекрасная мать, Надя. Вырастила его таким. Я тобой горжусь.

Он открывает дверь и выходит, не дожидаясь ответа. Дверь закрывается, и я возвращаюсь на кухню, чтобы убрать со стола.

Амир уже убежал смотреть мультики, Амина моет руки. Я собираю тарелки.

И когда беру его тарелку, что-то маленькое, блестящее, соскальзывает с края и с легким звоном падает на стол.

Я замираю и подбираю вещь.

Это кольцо. Простое, металлическое, с фигурной шинкой и разрезом, чтобы можно было регулировать размер. Бижутерия. Дешевое.

Но я помню его.

Я носила его…

Боже, сто лет назад, в самом начале, когда мы только начали встречаться с Самиром. Я потеряла его тогда, на одной из наших прогулок. Очень расстроилась, искала долго, но так и не нашла.

А он… он нашел. И сохранил.

Все эти годы он его хранил!

Сердце сжимается так больно, что перехватывает дыхание. Слеза, горячая и быстрая, капает на стол, потом другая. Я хватаю кольцо, этот крошечный, ничего не значащий кусочек металла, и сжимаю его в ладони так сильно, что он впивается в кожу.

Я всхлипываю, прижимаю кулак с кольцом к груди, к тому месту, где бьется мое растерзанное, сомневающееся сердце, и просто стою так посреди кухни, не в силах пошевелиться, пока за стеной смеется мой сын.