Книга Каменный ангел, страница 79 – Юлия Амусина

— Будешь утешать?

— А надо?

— Не усугубляй моего к тебе отношения.

Он усмехнулся, отлепился от стены и уже через секунду сидел напротив.

— Что, неужели еще есть, к чему стремиться? — с поддельной озабоченностью нахмурил лоб.

— Да ладно, ты ведь привык переть напролом.

Глеб осторожно убрал спутанную темную прядь с моего лица, отбросил волосы за плечо, при этом не прерывая визуального контакта взглядами.

— Слушай, я что-то совсем не рублю твои фишки, — он задумчиво потер щетинистый подбородок. — Может, хочешь перетереть в открытую, а?

— Хм… Вот прямо сейчас перетереть?

— Ну а когда? У меня к тебе, знаешь, сколько вопросов? В школе столько не задавали.

— Бог мой, ты что, учился в школе?

— Вот за кого ты меня тут держишь? Я даже столбиком башлять умею.

— Разишь в самое сердце, — я доверительно прижала ладонь к левой стороне груди, чуть склонив голову набок.

Глеб взглядом проследил за этим движением, медленно поднял руку и притянул меня к себе за запястье.

— Лучше так, — вдруг сказал он, задумчиво глядя мне прямо в глаза. — Можешь наезжать, сколько угодно — даю добро, но не запирайся. Знаешь, тебя чертовски трудно доставать из этого дурацкого кокона.

Я почувствовала, как откуда-то из глубины потревоженной души поднимает голову задремавшее раздражение.

— Ты сам говорил — мы недостаточно для этого знакомы.

— Да что за черт! Хорош уже меня цитировать к месту и не к месту. Нашла, блин, Цицерона!.. Тот базар давно был, все, забудь, баста.

— У меня очень хорошая память. Я запоминаю все, что слышу.

— С моей памятью тоже все на мази, — он вдруг ухмыльнулся; пакостная гримаса исказила небритую физиономию. — Хочешь узнать, что я запомнил ярче всего?

— Ну? Что же?

— Твои бесчестные поползновения, разумеется. Впервые в жизни мне устроили такой жесткий прессинг — и кто? Девчонка, от которой даже инфу о реальном возрасте нельзя вытянуть. Сказочница.

— Вчера я сказала тебе правду. Просто… так вышло, что реальная дата моего рождения существенно расходится с цифрами в паспорте.

— Хм… У меня та же лажа. Новый паспорт — новые цифры.

Я ожидала вихрь вопросов с его стороны, но Глеб отчего-то не торопился устраивать мне мозговой штурм. Более того, мне показалось, что он специально предпочел «съехать» с данной темы.

Ясно дал понять, что не собирается вскрывать один за другим мои секреты?..

Я не успела основательно пораскинуть мозгами.

Глеб устроил лапищи на моей талии и одним легким движением опрокинул меня на свою грудь. Его лицо вновь оказалось в опасной близости от моего, и я неосознанно, машинально облизнула нижнюю губу.

Почему-то «наезжать», как он недавно выразился, расхотелось; на смену одним желаниям словно ниоткуда появились другие. Мне нравилось ощущать тепло от его ладоней, слышать его дыхание, ловить внимательный взгляд темных глаз. Нравилось, когда он касался меня, случайно или нарочно, когда разговаривал вот так, на равных, не кривляясь и не доставая всякой чушью.

От его близости захватывало дух; все жизненно важные и не очень органы блокировало напрочь.

Где-то совсем рядом запиликал мобильный Хаоса, оповещая о новом сообщении.

Пользуясь возникшей заминкой, я выпрямилась, села в некотором отдалении и теперь с интересом наблюдала за тем, как вытягивается в изумлении физиономия Глеба.