Книга Каменный ангел, страница 33 – Юлия Амусина

Нет, я не собиралась думать о нем и его незаконной деятельности, влекущей за собой целую череду проблем.

Проклятый Павел! Даже умереть спокойно не мог — своей кончиной прикрепил ко мне каких-то головорезов, избавиться от которых пока не представляется возможным.

Между тем я ясно видела, как не нравится Хаосу ловить мой взгляд сверху вниз. Чтобы исправить это, он тоже поднялся, и теперь расклад существенно поменялся — это мужчина нависал надо мной, а не наоборот.

— Что тебе надо? — вздохнув, поинтересовалась я.

Казалось, он действительно задумался — по крайней мере, лоб прорезали красноречивые складки. Поджав губы, Хаос какое-то время просто смотрел на меня, не торопясь раскрывать цель очередного своего визита.

— Ты представляешь для нас опасность, — наконец, сообщил он.

— Опять?

— Снова.

— А обещал, что мы больше не увидимся, — я отчетливо вздохнула. — Нужно было догадаться, что с такими типами никогда нельзя полагаться на честное слово.

Он прямо-таки побагровел, когда я в своей речи умышленно поставила под сомнение его «честное слово», но ответить не успел — такой возможности мною не было предусмотрено.

— И что, теперь ты убьешь меня? Стоило перед этим так долго заговаривать мне зубы…

Черт знает, что именно выступило сейчас от моего лица — та самая пресловутая апатия, не дающая мне в полной мере наслаждаться жизнью, непонятно откуда возникшая уверенность в собственной безопасности и адекватности Хаоса, либо усталость, наступающая в момент, когда больше не хочется продолжать бесперспективную борьбу, а хочется просто опустить руки и сдаться.

— Успеется, — буркнул недовольно Хаос. — Что, так спешишь в ящик?

— Когда настанет время, сопротивляться будет бесполезно.

ХАОС

Глеб хмуро смотрел на девчонку, не понимая, чего она добивается этими провокациями — неужели и впрямь помутилась рассудком, и теперь спешит на свидание с дядюшкой?

Эта мысль пронеслась в его голове, но отражения не нашла — скорее, Хаос видел в поведении своей странной знакомой попытки манипулировать им. Эта козявка пытается вертеть им, хочет объять необъятное, только хрен ей что обломится! На дешевые понты ведутся дешевые фраера типа ее дядюшки, а он, Хаос, серьезный парень.

Ему некогда играть в детские игры, нет смысла подыгрывать ее провокациям. Он должен раз и навсегда поставить зарвавшуюся девчонку на место, так, чтобы и пикнуть против его воли не смела.

Только зачем?..

Ведь вот он, логичный финал — одним легким движением взять ее на красный галстук (прим. смертельный удар по шее), и все. Нет человека, нет проблем. Тем более, когда речь идет о таком… проблемном человеке.

Глеб не заморачивался относительно тавтологий; его мысли частенько носили запутанный характер. Сейчас он сам не знал, чего пытается добиться — притащился в особняк, ведет непонятные разговоры с полоумной девицей, от которой априори невозможно ничего выяснить, все пытается что-то в ней рассмотреть, и не может.

Не такая уж она явная, эта Вера Анисимова, чтоб ее…

А самое паршивое, что он тянулся к ней, сам того до конца не осознавая. Тянулся, словно она была тем самым пресловутым светом, на который, ища спасения от беспробудной тьмы, слетается ночная паскудная мошкара.

Нет, он не причислял себя к этим назойливым тварям!