Онлайн книга «Каменный ангел»
|
— Меня там не было. Не знаю, чего вы от меня ждете? Он не спешил отвечать, сверлил меня задумчивым взглядом, наверняка пытаясь что-то для себя уяснить. Я сохраняла видимое хладнокровие, хотя на самом деле уже начинала понемногу нервничать. Не люблю, когда на моей территории возникают чужие, особенно люди, которые мне неприятны. И все эти дурацкие намеки… Неспроста. Этот парень не может знать о том, что я была в тот вечер совсем рядом с горящей дачей Павла. В противном случае мы бы разговаривали совсем в другом месте. — Вы уверены, что не были там? Мы не получили точного подтверждения вашего алиби, Вера Владимировна — вы могли как присутствовать в доме своих родителей, так и отсутствовать. — Тонкое наблюдение, — не смогла удержаться. — Я уже много раз отвечала на этот вопрос. — Хорошо… А что вы скажете вот на это, — он притянул к себе портфельчик, раскрыл его и, покопавшись, извлек какой-то листок, принялся читать урывками: — показания водителя такси, имени я вам не назову… Этот человек говорит, что ближе к полуночи отвозил к Майскому — а там, как мы с вами помним, и произошло несчастье — молодую девушку. Она сообщила ему, что опоздала на электричку из-за дополнительных занятий в университете. Словоохотливый водитель поинтересовался, мол, неужели эти злыдни-профессора могут допоздна задерживать студентов, на что девушка ответила обтекаемо. Мы показали этому мужчине вашу фотографию, и… — И? Мой голос звучал ровно, хотя на самом деле я волновалась. Ужасно боялась следующих слов самоуверенного следователя, с трудом успокаивая себя тем, что, будь у них реальные доказательства моего присутствия (об обвинениях речи пока не идет, кажется), то меня б точно вызвали в отделение, вовсе не стали бы приезжать самостоятельно. Следователи, точно знающие о том, что свидетель скрывает какие-либо важные для расследования факты, ведут себя совершенно иначе. — Он вас не узнал, — с неохотой ответил следователь, выдержав перед этим положенную паузу. — Но сказал, что чем-то похожа. Он выбрал сразу несколько фотографий, на которых были темноволосые девушки, но ни на одной не остановился конкретно. Возможно, мы устроим вам личную встречу, и тогда… — К чему вы все это говорите? Я рассказала и вам, и вашим коллегам все, что мне известно, ответила на каждый ваш вопрос. Мне больше нечего добавить. — Хорошо, хорошо, я понял, Вера Владимировна. Скажите, а почему вы не сообщили нам о том, что ваши родители вам не родные? Я замерла, раскрыла было рот для резкого ответа, но вовремя призвала себя к порядку. Вместо этого нейтрально пожала плечами и незаметно для следователя сильно сжала кулак. Ногти больно впились в кожу ладоней; боль ожидаемо притупила страх, возникший вследствие всколыхнувшихся воспоминаний. Он не копал так глубоко. Этот самоуверенный наглец не может знать о том, что происходило со мной до моего знакомства с семьей Анисимовых. Он просто жмет наугад все кнопки подряд, в надежде, что ему повезет, и невзначай всплывут какие-нибудь горяченькие подробности, которые потом можно приплести к его текущему делу, и тем самым снискать уважение явно пренебрегающих им коллег. — Потому что для меня нет и не было никого роднее этих людей, — спокойно сообщила я. — Теперь ответьте вы — какое отношение это имеет к смерти моего дяди? |