Книга Нежный омут, страница 93 – Юлия Амусина

Кайдалов засмеялся и принялся застегивать пуговицы на своей черной рубашке.

— Зато, признайся, сейчас тебя не особо волновало, что кто-то посторонний может нас увидеть.

Я вынуждена была подтвердить его слова, потому что Сергей был прав – о свидетелях я думала меньше всего. И, надо признать, мне это очень даже нравилось.

Возможно, что-то есть в этом – быть свободной от общественного мнения, наплевать на принятые обществом рамки и выступить далеко за их грань. Как Кайдалов.

Я вспомнила свои собственные мысли и невольно бросила взгляд в сторону Сергея. Что между нами происходит, что заставляет его вновь и вновь появляться на моем пути, что руководит им, когда он злится, если видит рядом со мной Женьку?

Что это? Как это называется?

Похоть? Страсть? Зов плоти?

Что бы не выступало на ринг с его стороны, с моей одна за другой тянутся крупные потери. Еще шаг, еще взгляд, еще касание теплой, чуть грубоватой ладони, еще один жаркий поцелуй, скольжение языка по моему языку, близость тела, дурманящий запах, мурашки, бешеным табуном несущиеся по моей коже… Все это, незначительное, казалось бы на первый взгляд, однако в совокупности привязывает меня к нему. Я уже понимаю, что хочу видеть его рядом как можно чаще. Нет, это не любовь, не влюбленность, это что-то другое, растяжимое понятие неуловимого чувства.

Хотя он вряд ли чувствует что-то подобное.

Я сидела на диване напротив ноутбука и раз за разом вбивала в строку поиска знакомые инициалы – Кайдалов С. В. Пока что мне удавалось найти лишь некоторые из его авторефератов и неполный текст диссертации на какую-то чересчур заумную для меня тему. Ни в одной из соцсетей Сергей не обнаружился – складывалось такое впечатление, будто он сознательно скрывает личные данные от посторонних глаз. Само собой, меня это интересовало – в наше время почти у всех есть аккаунты в той или иной соцсети, у Кайдалова же не было ни одного.

Ни одного. Черт возьми, как же с ним тогда связываются?

Номер телефона, которого у меня нет. Сергей ни разу мне не звонил, не просил моего номера, не предлагал записать свой. На мой взгляд, это весьма странно, однако я уже успела убедиться в том, что мнение Сергея по большей части отлично от моего.

Я слезла с дивана, послонялась по квартире, задернула шторы – уже начинало темнеть – поискала телефон, а найдя, убедилась в том, что мне никто не звонил. Машинально сунула аппарат в карман домашних штанов и снова уселась напротив ноутбука. Зашла на страницу Малыша, посмотрела новые фотки. Ага, это явно с того вечера в клубе, куда приглашал меня Женька. На фотографиях группа Homeless в полном составе на сцене во время выступления, потом Макс в обнимку с Сашей, потом одна Саша, застенчиво улыбающаяся в объектив, после Женька, Макс и Рома, Макс и парочка ребят из «Бомжей», Макс и Дима…

Дашкин Дима. Здорово, что они все же нашли с Малышом общий язык.

Дашку рядом с Димой, да и на остальных фотках, я почему-то не увидела и слегка удивилась. Снимки с Женькой просматривала дольше остальных, с каким-то непонятным интересом вглядывалась в черты лица парня, машинально фиксировала растрепанные после выступления на сцене волосы, лучистые глаза, широкую белозубую улыбку… Я не сразу заметила, что улыбаюсь.

Все-таки, он классный парень. Мне отчего-то стыдно признаваться в этом самой себе, но Женька действительно классный, а я поступила с ним просто ужасно. Несмотря на это, Женька мне здорово помог, да и вообще не отвернулся, не разорвал со мной всяческое общение, не сказал ни единого слова…