Книга Нежный омут, страница 204 – Юлия Амусина

Но это так, к слову.

— И все же я по-прежнему не понимаю твои мотивы, - заговорила я.

— Понимаешь. Именно поэтому ты согласилась поехать со мной, - он приблизился и остановился в шаге от меня. – Я понятия не имею, что будет дальше, но сейчас – и это очевидно – мы будем держаться вместе, потому что это единственно верный вариант. Что-то происходит, меняется, и мы оба это чувствуем. Ни у одного из нас уже нет права выбора.

— Если это твой способ признаться…

— Можешь считать так, - он устроился на диване и замер, откинув голову на спинку. – Я думал о том, что ты говорила. Мне нравится, что происходит сейчас между нами, но иногда ты перегибаешь палку.

Я опустилась на диван рядом с ним и сцепила ладони в замок перед собой.

— Я перегибаю палку?

— Ну конечно, - он резко выпрямился и повернул ко мне лицо. – Эти твои закидоны с «эпилогами» и ярым, но довольно-таки показным отрицанием моего присутствия в твоей жизни. Ты опять хочешь обелить себя в глазах других, пытаешься изобразить черт знает что, отрицаешь свои же желания, и ради чего?

— Ты... действительно так думаешь?

— Я всегда так думаю.

— Уже одно то, что я вообще с тобой связалась, доказывает… - я сбилась, но тут же продолжила с другой отправной точки. – Конечно, мне не все равно, что подумают обо мне другие люди, да и как может быть по другому? В глазах остальных я… лучше даже не представлять, кто именно. И ведь никому абсолютно не важно, что я чувствую, почему поступаю так, а не иначе.

— Это снова доказывает, что я прав.

— Ты можешь быть прав. Но истинная причина моих «закидонов» все же совсем другая.

— Ну, тогда, может быть, озвучишь?

Я раскрыла было рот, но тут же снова плотно сжала губы, словно боясь, что слова могут вылететь сами собой. Не стоит говорить того, о чем я на самом деле думаю, это может все испортить. Или… портить уже нечего? Кайдалов предложил поговорить, и, кажется, он не пытается прибегнуть к какому-нибудь из своих любимых фокусов. Он ждет от меня честности, и, если я не скажу ему, мы никогда не договоримся до чего-то дельного.

Ну, давай. Зачем, в таком случае, ты позволила ему привезти тебя сюда?

Он ждал.

— Я не хочу быть твоей игрушкой, - сказала, вновь уловив в своих словах глупые интонации. Сколько раз ему говорили что-то подобное? – Тебе все равно, что со мной происходит, а я так не могу. Это не для меня, ты можешь это понять? Я не гожусь на роль строптивой куклы, от которых ты так тащишься.

— Думаешь, я этого не вижу? – он широко улыбнулся, заставляя меня чувствовать себя еще глупее. – Может, поэтому ты все еще не освободилась от моего присутствия, как думаешь? Строптивые куклы забавляли меня года полтора назад, теперь же я потерял к ним интерес. Может, ты слышала о моих романах в стенах универа? Нет? Конечно, нет, потому что мне не интересно возиться с раскрасками. Я искал девушку, которая сможет стать такой, какой я хочу ее видеть. И теперь, - он вдруг схватил меня за запястье и резко притянул к себе, - теперь, когда я ее нашел, пути назад нет.

— Я не буду под тебя подстраиваться, - я тщетно попыталась избавиться от захвата. – Пусти меня, Сережа. Ты только что подтвердил мои слова – я для тебя пешка, которую при умелой игре можно привести в королевы.

— Так и будет, - шепнул он, не отпуская, полоснув шею горячим дыханием. – Ты мне нужна, а пешкой или королевой – уже не важно. Я сам справлюсь со всем остальным, тебе нужно только учиться делать так же.