Книга Никто не узнает, страница 87 – Юлия Амусина

— Не мешай мне. Иначе уже через минуту все заинтересованные будут здесь.

Я теряюсь под вкрадчивым звуком его голоса, просто не знаю, что мне делать — продолжать рваться прочь в надежде, что он блефует и не станет меня подставлять, или сделать так, как он хочет. И в том, и другом случае я рискую раскрыть всем о наших отношениях с Марком, кто угодно может войти сюда и увидеть нас в таком неоднозначном положении. А может и не войти. Но если я продолжу упорствовать и вырываться, наша возня однозначно привлечет внимание папы, Фила, Татьяны, и нам придется как-то все это объяснять. Хотя тут и объяснять ничего не требуется, все до нелепого просто.

Я с трудом заставляю себя замереть и не дергаться, позволяя ему сделать то, что он хочет, только бы обойтись без шума. Закрываю глаза, когда он приоткрывает мои губы и целует меня, нахально и развязно, так, словно имеет на это полное право. Словно я принадлежу ему.

— Признайся, тебя заводит, что твой парень сейчас находится в соседнем помещении? — шепотом спрашивает он, поглаживая мое плечо, ведя рукой еще ниже, к вырезу платья.

— Нет…

— Да брось. Я бы посмотрел на его лицо, если б он реально увидел нас вместе.

Хочет меня подставить и даже не скрывает своих намерений. Господи… откуда он такой взялся? И почему я так на нем встряла?..

— Зачем ты это делаешь?

Марк не отвечает, просто затыкает мне рот очередным поцелуем, оттягивает ткань на моей груди и цепляет между пальцев сосок, покручивает, делая его чувствительным, а меня прошибает опасным сочетанием возбуждения и страха оказаться застигнутой кем-то из присутствующих в соседней комнате. Сердце бьется, как у загнанного в угол зверька, обреченного взглянуть в глаза собственной смерти.

— Хочешь, я сделаю это прямо здесь и сейчас? — хрипло спрашивает Марк, покусывая мои губы.

— Нет, — я бы покачала головой, но он держит меня, не давая вновь увернуться. — Не надо ничего делать… Марк, — за следующее слово я готова собственноручно вырезать себе язык, но действия сводного братца, то, с каким сумасшествием он толкает нас на разоблачение, вынуждают меня переступить через себя, и я прошу его. — Пожалуйста…

— А знаешь, как я этого хочу?

— Только не здесь… не сейчас… ты же понимаешь… — лепечу жалобно, цепляясь за быстро улетучивающиеся остатки здравого смысла, мешающего мне забить на все и сказать ему необратимое «да». Это зашло слишком далеко, нам скоро некуда будет падать, но уже почти ничего не имеет значения. Я хочу отдать ему контроль над собственным телом, пусть забирает, сейчас это именно то, что мне нужно. Отдаться ему, почувствовать его глубоко в себе, его руки на моей коже, грубую мощь его движений и яд мучительно сладких поцелуев. Но совсем рядом Фил… Тот самый Фил, за которого я твердо намерена выйти замуж.Словно помешанная, я вновь по кирпичикам разбираю собственное будущее и не жалею об этом.

Марк наклоняется ко мне, стягивает верх платья с моего плеча, убирает белье, не снимая его, и приникает ртом к затвердевшему соску. Ахнув, хватаюсь за его жестковатые волосы, шумно втягиваю в себя воздух, закусываю губу, едва сдерживаясь от стона. Бешеное возбуждение практически перекрывает все правильные мысли о том, что именно нужно делать, стирает отзвуки морали и чувство вины и стыда за собственное недостойное поведение.