Книга Не по договору. Книга первая, страница 52 – Надежда Ковалёва

— И что я не возьму у тебя денег, если будет тяжело?

— Это будет болезненно, но я переживу.

— И Сэм всегда будет обнимать меня.

Дин поморщился.

— Вот здесь можно обсудить условия.

Она рассмеялась и обвила руками его шею.

— Никаких условий.

— Тогда придется терпеть.

— Придется.

Он коснулся лбом ее лба.

— Я люблю тебя.

Теперь она не уходила. Не было старого письма на экране. Не было конца договора. Не было страха, что он говорит только потому, что теряет. Был мужчина, который шесть недель держал расстояние, когда она попросила. Который не купил ее помещение. Который пришел мыть бокалы в день открытия и сел в дальнем углу, чтобы не украсть у нее внимание.

Лиза коснулась пальцами его щеки.

— Я знаю.

Дин замер.

— Это все?

— Нет.

Она улыбнулась.

— Я тоже тебя люблю.

В его лице произошло что-то почти мальчишеское — короткая неверящая радость, которую он тут же попытался спрятать. Не успел. Лиза поцеловала его. В пустом баре.

После закрытия. Здесь никто не смотрел. И впервые это больше ничего не меняло.

ДИН

За одиннадцать дней после открытия «Тихо» в квартире Дина появилось семь вещей, которые ему не принадлежали.

Он знал точное число не потому, что считал.

Просто замечал изменения в пространстве так же, как замечал цифры в отчете.

Резинка для волос на подлокотнике дивана.

Шампунь с неприлично сладким запахом в ванной.

Книга на его прикроватной тумбе, заложенная чеком из магазина.

Белая футболка Лизы на спинке стула.

Зарядка у дивана.

Крем для рук возле раковины.

И зубная щетка.

Последняя беспокоила больше всего.

Не его.

Лизу.

Утром она минуту смотрела на две щетки в одном стакане, потом переставила свою на другой край раковины.

Дин ничего не сказал.

Через десять минут, когда она ушла на кухню, щетка снова стояла рядом с его.

Он тоже ничего не сказал.

В двенадцать сорок семь ночи Лиза написала: «Закрываюсь через десять минут. Не приезжай, я вызову такси».

Дин уже стоял у «Тихо».

Он ответил: «Поздно».

Через стекло было видно, как она прочитала сообщение, подняла голову и нашла его машину взглядом.

Потом показала ему средний палец.

Дин улыбнулся.

Это тоже стало обычным.

Лиза вышла через двенадцать минут с сумкой через плечо и бумажным пакетом в руках.

— Ты плохо понимаешь русский язык? — спросила она, садясь.

— Очень хорошо.

— Я написала не приезжать.

— Прочитал.

— И?

— Не согласился.

Она пристегнулась и посмотрела на него.

— Мы вроде обсуждали тему «не решать за меня».

— Да.

Дин завел машину.

— Поэтому я не приехал за тобой. Я приехал домой через улицу, на которой совершенно случайно находится твой бар. Ты совершенно свободна вызвать такси.

Лиза несколько секунд молчала.

— Ты отвратительно пользуешься формулировками.

— Профессия.

Она раскрыла бумажный пакет, достала картошку фри и съела одну.

— Это мое, — сказал Дин.

— Было.

— Я купил тебе ужин.

— Твой вкуснее.

— Он из того же пакета.

— Не разрушай отношения фактами.

Дин выехал на пустую улицу.

Через минуту Лиза потянулась к панели и переключила музыку.

Гитара оборвалась на середине припева. Из колонок зазвучала песня девяностых, которую Дин терпеть не мог исключительно потому, что Сэм когда-то пел ее три часа подряд по дороге в колледж.

— Нет.

— Да.

— Лиза.

— Дин.

— Я за рулем.

— Именно поэтому у тебя нет возможности сбежать.