Книга Не по договору. Книга первая, страница 18 – Надежда Ковалёва

Лиза почувствовала, как пальцы похолодели. Безопасный вариант. Она не знала этих слов. Но знала смысл. Тридцать тысяч. Двенадцать недель. Нейтральное сообщение о расставании.

Женщина, от которой можно уйти по расписанию.

— Почему вы расстались? — спросила она.

Клара не отвела взгляда.

— Потому что однажды я поняла: он всегда оставляет дверь открытой. Даже когда говорит, что остается.

— И ты ушла.

— Да.

— Он пытался вернуть тебя?

На лице Клары появилась грустная улыбка.

— Он пытался решить проблему.

Этого было достаточно. Когда они вернулись, Дин сразу подошел.

— Все нормально?

— Конечно, — сказала Лиза.

Он посмотрел на нее внимательнее.

— Ты стала тихой.

— Просто устала.

Клара поцеловала его в щеку.

— Не допрашивай женщину на благотворительном вечере. Это плохой тон.

— Что ты ей сказала?

— Что у тебя отвратительный вкус в галстуках.

— Я без галстука.

— Вот. Уже помогло.

Клара ушла. Дин все еще смотрел на Лизу.

— Она тебя расстроила?

— Нет.

— Лиза.

— Дин.

— Что происходит?

Она улыбнулась так, как улыбалась гостям, которые жаловались на столик у окна.

— Ничего.

Он сразу понял, что это ложь. Но всю оставшуюся часть вечера Лиза играла идеально. Она держала его за руку перед фотографами. Смеялась, когда это требовалось.

Позволяла ему касаться ее талии. А стоило им оказаться вне чужих взглядов — отступала на шаг. Дин заметил к третьему разу. К четвертому начал злиться.

И Лиза впервые почувствовала, что слова Клары будут стоить им гораздо дороже, чем один испорченный вечер.

ЛИЗА

Лиза поняла, что совершила ошибку, в тот момент, когда двери лифта закрылись.

До этого все было просто. Улыбаться фотографам. Держать Дина под руку. Позволять его ладони задерживаться на ее спине ровно настолько, чтобы окружающие поверили в близость.

Но сейчас вокруг не было никого. Ни журналистов. Ни партнеров. Ни Норы.

Только они вдвоем и зеркальные стены лифта, в которых слишком хорошо было видно, как далеко друг от друга они стоят. Дин нажал кнопку двадцать четвертого этажа. Лиза посмотрела на панель.

— Мой номер на восемнадцатом.

— Я помню.

— Тогда зачем двадцать четвертый?

— Потому что нам нужно поговорить.

— Сейчас почти два часа ночи.

— Именно поэтому.

Они вернулись с закрытого ужина Aster в загородный отель. Из-за позднего времени Нора забронировала номера всем участникам. Формально Лиза могла выйти на своем этаже и пожелать Дину спокойной ночи. Она собиралась именно так и сделать.

— Нам не о чем говорить, — сказала она.

— Последние два часа ты от меня шарахаешься.

— Я не шарахаюсь.

— Ты попросила водителя открыть тебе дверь с другой стороны машины.

— Может, мне нравится правая сторона.

Он медленно повернул голову.

— Ты всегда садишься слева.

Лиза сжала губы. Конечно, он заметил. Двадцать первый этаж.

— Это из-за Клары?

— Нет.

— Тогда посмотри на меня и скажи.

Она посмотрела. Зря. Галстук он снял еще в машине, верхняя пуговица рубашки была расстегнута. Волосы чуть растрепались, и от этого он выглядел не менее собранным, а опасно живым.

— Это не из-за Клары.

— Врешь.

Двадцать третий.

— Ты сегодня удивительно самоуверен.

— Сегодня?

Несмотря на себя, она усмехнулась. Он заметил. Двери открылись. Лиза вышла первой.

— Вот, — сказал он, догоняя. — Это.