Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 27 – Ирмата Арьяр

* * *

К началу осенних занятий магистры сообразили соорудить на крыше нашей башни птичник для горгулий, а на балконе поселить цепного грифона.

Нас охраняли строже, чем султаны свои гаремы. Зулии очень льстило. Не хватало только дракона, и я поселила Шурша на пустовавшем втором этаже – для того, чтобы Кикируся не лезла к нам с воспитательными целями.

Неприступный донжон сразу получил имя: Башня трех принцесс. Зулия была в восторге.

Первые сутки.

На вторые горгульи невзлюбили грифона. Грифон – дракона. Дракон – Кикирусю. Ведьма – нас. Мы – весь мир.

Гвалт в башне сверху донизу стоял круглосуточный и оглушительный.

Горгульи непрерывно дрались то друг с другом, то с грифоном, если тот не дрался с драконом, если Шурш, снова укравший простыню – он был чистюля и любил запах мыла, как пчелы нектар, – не дрался с ведьмой, ругаясь с ней на пяти древних и двух современных языках.

Только опять усохшая до размера бороды Шу молчала, тоскливо покачиваясь на абажуре люстры.

Какие уж тут занятия! Голова гудела днем и ночью, мы зверски не высыпались и наверстывали на лекциях. За что и получили все трое по замечанию в личное дело. Еще парочка таких записей, и нас ждут более крупные неприятности, чем горгульи.

— Чтоб эти твари все сдохли! – Зулия накрыла голову подушкой.

— Кроме Шурша, – тут же сказала я, сложив пальцы в знак, отвращающий проклятие.

— Кроме Шурша, – послушно повторила островитянка. – Не могу больше!

— Девочки, давайте всех убьем! – даже Миранда стала кровожадной, хотя всхлипнула, оплакав будущих жертв. – Кроме Шурша. Это невыносимо!

— А-а-а-а! – Зулия запустила подушкой в сунувшуюся в дверь драконью морду.

Шурш рачительно прибрал дар под крыло и облизнулся на Шу. Она тут же ощетинилась, как кошка, рванула по цепи к своду. Крюк, на котором висела массивная цепь, угрожающе затрещал.

— Подушку отдай! – спохватилась Зулия.

Дракончик помотал головой и попятился.

— Простыню верни, гадоступ чешуйчатый, яйцо переношенное, мокрица огнедышащая! – донесся снизу визг кастелянши.

Шурш панически заоглядывался, втянул голову в плечи и попытался забиться в камин.

Я прочитала заклинание отзыва. Дракон исчез вместе с подушкой и торчавшей из-под второго крыла простыней с черным казенным штампом на уголке.

— Где эта гнилая моль-переросток? Не видели? – ворвалась Кикируся в съехавшей набекрень шляпке, из-под которой торчали седые космы.

Мы все трое уже чинно сидели на диванчике с учебниками в руках. Помотали головами: не видели, мол.

Старуха недобро прищурилась на камин.

— Упорхнул, ворюга!

Ей ответил запредельный гвалт с крыши: горгульи опять ссорились.

— Вы бы, девки, лучше звукоизоляцией занялись, чем книжки-то учиться читать вверх ногами, – посоветовала ведьма, прежде чем хлопнуть дверью.

Мы промолчали. А то не знаем. Заклинание звукоизоляции держалось на стенах ровно десять секунд, после чего звукопроницаемость почему-то усиливалась на час. Заколдованная башня, не иначе.

— Я так больше не могу! – всхлипнула Миранда. – Я… к Таю попрошусь на ночлег. Хотя бы на одну ночь! В окно влезу, никто и не увидит.

— А я к Иреку, – вдохновилась я идеей.

Островитянка попыталась отговорить нас от безумства, но не преуспела и, покосившись на грифона, долбившего клювом нашу балконную дверь, вздохнула: