Книга Телохранительница Его Темнейшества, Феникс Тринадцатого клана, страница 220 – Ирмата Арьяр

Миранда, слушавшая развесив уши, поежилась. Принц качнул головой, словно спорил с ее невысказанными мыслями:

— Не жалей его. Готов поспорить, Даори специально нарвался, зная, какая участь его ждет. Слишком целенаправленны его действия после пожара. У меня жуткое впечатление сложилось, когда читал его досье. Я лично присутствовал на казни, слишком неординарный преступник. И, знаешь… мне показалось, он сам себя казнил.

— Как это? – охнула девушка. – Сам себя выпил?

— Нет, я имею в виду – сам себя приговорил и сделал все для исполнения приговора нашими руками. Это же светлые. Кто знает, какие солнечные зайчики пляшут у них в головах? Мы что-то упускаем в этой истории. Мои осведомители чего-то не видят. Вернемся к нашей насущной задаче, Миранда.

— Хорошо. То есть все плохо. А как знание Эллины может угрожать равновесию Трона?

— А ты подумай, сколько вампиров захотят вернуться к нормальной жизни, какая у них была до обращения?

— Все?

— Ни одного. Или один. Твой Даори, светлый лен-маг, почти князь. Потому что он потерял больше, чем нашел у Неупокоенных. Кроме него, никто не захочет променять могущество, бессмертие, пусть даже условное, и неуязвимость на маленькую, тусклую, как светлячок в ночи, и такую же жалкую жизнь. Пусть даже это жизнь высшего демона.

Демоница растерялась:

— Тогда чем опасно это знание? Почему его зашифровали?

— Миранда, ты же умная девушка, если сумела поступить в нашу Академию несмотря ни на что.

— Да, я умная, а вы еще умнее, вы же принц Тьмы, что я тут буду пыжиться перед таким… – чуть не сказала «светочем». – Так почему?

Дьяр, посмеиваясь, сцапал бутерброд и неэстетично набил рот. Прожевал, демонстративно давясь, запил соком. Ну, совсем ребенок, умилилась демоница. Вот бы их с Ликой поженить, какая была бы пара! Один другого воспитывал бы, не соскучишься.

Миранда выдержала паузу и была вознаграждена объяснением.

— Да потому, Миранда, что низших демонов мы удерживаем от соблазна стать вампирами, внедряя презрение и ненависть к Неупокоенным, как к еще более низшим существам.

— Вы? Внедряете? – от возмущения демоница задохнулась.

— Не я лично, а тайный отдел внутренних дел. Мы не можем пустить на самотек такие важные процессы, или в мгновение ока лишимся страны. Так вот, Миранда, высшие демоны и сами долго живут, могущества нам хватает, неуязвимость у нашей второй ипостаси тоже высокая. Пока перевешивают недостатки обращения – разрыв связей с родным кланом, с магией Тьмы, разрыв с живым миром, рабство у вышестоящих в иерархии, асексуальность в период голода и гиперсексуальность исключительно в момент насыщения. Но если демона убедить, – а поверь, вампиры убеждать умеют, – что обращенный всегда может «соскочить», переобратиться, снова стать живым, снова любить по желанию, а не только накачавшись чужой дымящейся крови, – вот тогда в Тархареше не останется ни одного демона.

— Весь Темный Трон станет Тринадцатым кланом? – потрясенно прошептала Миранда.

— Трону, собственно, без разницы, – снова огорошил Дьяр. – Что демонами управлять, что вампирами – не имеет большого значения. Проблема в том, что миллионное войско вампиров кто-то должен кормить, а соседи вряд ли захотят стать безропотным стадом для Неупокоенных. Страны объединятся и сотрут Тархареш вместе с его кровососущим населением и Темным Троном. И тогда Трону и его владыке будет уже поздно беспокоиться. Беспокоиться нужно сейчас.