Книга Под покровительством монстра, страница 51 – Инна Матвеева

— Не прибедняйся. Я видел твои работы.

Она растерянно часто моргает. Застигнутой врасплох прям кажется. Такой... уязвимой.

Пытается соображать. Я прям улавливаю эти её попытки и не нарушаю ничем.

В общем-то, будет лучше, если Богдана сама поймёт, насколько я безнадёжно утопаю в ней в последнее время. Если осознает, к чему всё ведёт. Успеет в мыслях это обкатать, прежде чем я озвучу.

Она слегка мотает головой, будто каким-то своим мыслям. Осторожно смотрит на меня... Вглядывается внимательнее.

— Спасибо, что веришь в меня, — с искренним теплом говорит.

Неужели решила, что я предлагаю ей помощь только потому, что оценил талант? Или Богдане удобнее цепляться именно за эту догадку?

Раздирает во мне что-то этот её взгляд, полный благодарности.

Отстранённо киваю. Будь у меня преобладающей совесть, я бы сейчас просто свернул разговор на том, к чему мы пришли. А если бы Богдана не решилась принять мою бескорыстную помощь, просто вернула бы ровно то, что я вложу.

Но увы для неё... У меня сейчас преобладают желания.

Кажется, девчонка что-то такое всё-таки замечает у меня на лице.

— Но этого недостаточно, — неловко продолжает она. И всё-таки вспоминает: — И причём тут мои возможные отношения с кем бы то ни было?

Вздыхаю, окинув её взглядом. Ну вот, пора... Ровно отвечаю:

— Да, об этом. Ты права — моей веры всё-таки недостаточно. Я пойду на риски, отсыпав немалую сумму. Ещё и перенаправлю доверяющих людей именно на твой проект, и этим по сути жертвую одним довольно перспективным делом. Не говоря уж о всякой волоките, связанной с началом реализации твоих идей. Я всё беру на себя — убытки, организацию, юридические разбирательства.

— Взамен... — кажется, Богдана понимает, что я к чему-то клоню.

Неужели ещё не понимает, к чему именно? Смотрит скорее озадаченно.

Хотя всё, что я ей демонстрировал всем своим видом эти дни наверняка была с трудом переносимая жажда. По моим ощущениям это так. И не верю, что по мне сказать было.

Слишком яркий и осязаемый голод по ней.

— Девственность — социальный конструкт, не более, — после небольшой паузы выдаю. — Он важен для тех, кто специально себя хранит только для любимого. Ты не из таких, мы уже разобрались. И ты не можешь отрицать — нас влечёт друг к другу. Если ты станешь моей любовницей, я обещаю поддерживать тебя в любых начинаниях и помогу во всём.

Богдана тут же напрягается всем телом. Кажется, даже не дышит. И в сидение впивается ногтями так сильно, что вмятины останутся.

Подмечаю всё это, но больше ничего не говорю. Для нас обоих лучше, чтобы девчонка поскорее осознала и приняла реальность.

И что её так шокирует? Неужели не приходило в голову, что я могу вести именно к этому? Этого хотеть?

— Как ты смеешь? — наконец выговаривает она что-то разве что не с шипением.

И это ещё сдерживается от гораздо более громких возмущений. Отчётливо вижу, что да.

— Разве я в чём-то ошибаюсь? — невозмутимо уточняю. — Я исхожу исключительно из твоих же слов о любви. И какие у тебя вообще варианты? Ты можешь найти себе другого мужчину, но не факт, что он поможет так, как сделаю это я. Даже скорее всего, что нет и на десятую долю процента. А ещё не факт, что он будет привлекать тебя. Или ты предпочтёшь оставаться поварихой в моём доме? Тогда...