Книга Под покровительством монстра, страница 42 – Инна Матвеева

Да уж, по-другому и не скажешь. Это ведь даже ненормально — выплёскивать свои переживания на ребёнка, а то и обвинять его.

Да ещё и делать что-то, из-за чего Денис дал понять, что отец не был хорошим человеком с ним. С другими, значит, был?

И чтобы его хватало на других — надо было выплёскивать боль на ребёнке?

Не решаюсь спросить.

— А как вы с Ильёй поддерживали связь? — вместо этого уточняю.

— Какое-то время мы этого не делали, нам просто не давали такую возможность. У меня не было гаджетов, а Илью приучали к мысли, что его семья теперь та, в которую попал, другой нет. Но в момент, когда он вырос настолько, чтобы мог полностью отвечать за себя и посылать отчима нахер, нашёл способ со мной связаться.

Ну вот. Как минимум, гаджетов у Дениса не было. Чего ещё «хороший человек» его лишал? Или, может, делал что похлеще?..

Неожиданно вспоминаются слова шеф-повара, что Денису пришлось нелегко. Особенно, после смерти отца, в его семнадцать.

Интересно, что тогда произошло? Видимо, ему многое пришлось пережить.

И да, мне не всё равно. Просто понимаю это вдруг и принимаю, как факт.

— Но ты всё равно остался у отца, — мягко высказываю догадку.

— Ну, Илья не мог бы меня забрать, у него ещё не было своего дома. Да и я ни на что не жаловался. Понял, что ему самому там не то чтобы кайфово было, о нём хоть и заботились, но чисто формально. Больше использовали.

Получается, обоим Исаевым не повезло с родителями... Но братья в итоге добились впечатляющих высот.

— Они дали вам возможность для построения всей вашей империи? — всё-таки не сдерживаюсь от вопроса, раз уж Денис со мной сегодня такой вдруг откровенный.

— Отчасти. Первоначальный капитал мне достался от отца. Дом, в котором ты сейчас живёшь, его.

Значит, отец всё-таки не так уж ненавидел Дениса. Возможно, пытался даже любить, но у него не получалось. Но умом явно понимал, что поступал несправедливо. Поэтому такой жест с капиталом... Ну не из-за того же, что некому было завещать?

Хотя всё равно всё очень неправильно как-то.

Ведь то, что отец был жесток с Денисом, читалось между строк и в его ответах, и в словах шеф-повара, что во многом в ситуации с холодностью Исаева-младшего дома вина его отца.

Сложно даже представить, как он так рос. Я никогда не сталкивалась ни с чем подобным.

— Мои родители любили друг друга, но мама рано умерла, — вырывается у меня. — Почему люди не могут быть просто счастливы всегда?

— Могут. Но счастье — ещё и работа.

Что-то в его голосе заставляет мне сердце сжаться. Непроизвольно смотрю на Дениса... Наши взгляды встречаются.

Я не могу отвести свой. Хочу, но не получается. Его глаза как будто гипнотизируют непривычной гаммой чувств.

Теряюсь в их выражении, толком не понимая, что оно значит. Но одно не покидает — осознание, что Денис ко мне небезразличен. Сейчас оно только обостряется. Пугает непонятной настойчивостью.

Мне ведь совсем не стоит во всё это вникать.

Денис скользит взглядом вниз, к моим губам. И стоит только мне уловить это, как сердце начинает биться с удвоенной скоростью.

Неужели он действительно... Любит меня?

Волнение, смятение и страх выплёскиваются в решительное:

— У тебя никаких шансов со мной.