Книга Последний дракон Запределья (Академия Познаний - 6), страница 29 – Настя О

— Ну, ты и… — начала распаляться я, пытаясь вырваться.

Куда там — меня только сильнее закутали в покрывало. А еще — жарко поцеловали в шею.

— Не здесь, мой ершистый демоненок. Не в доме родителей. Здесь я только защищаю и стою в твоей тени, Айна. Но ты станешь моей — там, где будет моя территория и моя воля. Обещаю.

Стоило ему произнести эти слова, как раздался треск ткани его белой рубашки. А затем вокруг нас взметнулось целое облако перьев.

— Рин… — восторженно прошептала я, выпутываясь из объятий дракона и во все глаза глядя на то, как юноша отстраняется и усаживается на колени. — Ты только посмотри! У тебя выросли крылья! Ты такой красивый!

Эдриниан рассеянно смотрел на обрывки, оставшиеся от его рубахи, и крылья, покрытые перьями, которые сейчас раскинулись у него за спиной. Недолго думая и пользуясь моментом, я разорвала оставшиеся куски ткани, мешавшие дракону, и с восхищением уставилась на огромные и красивые белые крылья. В темноте, подкравшейся к нам из-за захода Аурона, они выделялись особенно ярко, как будто светились изнутри. А дракон перевел на меня потрясенный взгляд.

— Это ты, Айна. Ты что-то делаешь со мной, помогая стать ближе ко второй ипостаси.

А я — что я? Взяла и забралась к нему на колени, обнимая за шею и с удовольствием прижимаясь к упругому телу.

— Я сделаю все, что хочешь, если ты от этого станешь счастливым.

Я говорила от всего сердца, поскольку могла не смотреть ему в глаза, спрятав лицо у Рина на плече. Но то, что он меня услышал и понял, стало очевидно, когда меня сначала обняли в ответ его руки, а затем — скрыли от всего мира белоснежные светящиеся крылья.

А потом он меня поцеловал — нежно, ласково и умопомрачительно. И от этого сердце готово было вырваться из груди.

Засыпали мы также — сплетенными в объятиях. В эту ночь для меня не было минуты счастливее.

Северный Срединный Предел, замок Дикурана Золотого

Разбудил меня, как это ни странно, очень интересный разговор между родителями.

— Как ты думаешь, Валь, о чем мне сейчас беспокоиться: о возможных внуках, о том, что дети спали без одеяла, или о том, что комната превратилась в подобие курятника?

— Я думаю, что дети выросли, Арегван. И когда проснутся, то сами смогут все объяснить.

Реальность потихоньку вырисовывалась передо мной, и выглядела она не очень. Родная дочь Златоглазого и Предназначенной лежала в кровати вместе с приемным сыном тех же действующих лиц. И приемный сын при этом оказался без рубашки, остатки которой, к слову сказать, были разбросаны где-то неподалеку от кровати.

Мне кажется, на фоне этой картины меркли любые другие новости! И пока Рин спал, я пыталась сообразить, как бы помягче осветить ситуацию родителям. Впрочем, они сами подкинули мне идею. А к тому моменту, как я начала произносить ее вслух, проснулся и Рин.

За ночь мы с ним разъединились. А еще каким-то образом исчезли его крылья. Зато, судя по разговору родителей, осталась куча перьев после них. Именно это и стало основой для моей объяснительной речи.

— Мама, папа, доброе утро. Мы с Рином вчера добились появления его крыльев, — поднявшись на локтях, пробормотала я.

— Видимо, все-таки речь идет о внуках, — обреченно вздохнул папа. — Ждем вас в столовой, дети. Нам предстоит серьезный разговор.