Книга Калька, страница 19 – Настя О

— Все нормально, Виктор, ты же знаешь. — Улыбка Гойта вышла нерадостной. — Ну, почти все.

— А именно? — в глазах Механика блеснул интерес.

— Дилика считает, что в нашем экипаже появилась калька. Они с Дексом подверглись влиянию. Девушка для всех является моей женой. Она так стремительно вписывается в реальность, что появились даже обручальные кольца и совместное свадебное фото.

— А ты зря времени не теряешь.

Казалось, Виктора откровенно забавляет состояние товарища. Но так уж получилось: их сблизило одно обстоятельство. Брат Механика, ставший инициатором переноса Гойта. Оттого Гойт сразу нашел поддержку в лице руководителя сопротивления. Интерес оказался движущей силой их общего прогресса.

— Я не в восторге, девушка напугана, — покачал головой Гойт.

— То есть она все помнит? — Казалось, голографическая проекция Виктора даже наклонилась ближе.

— Я же говорил, мы подозреваем в ней кальку, — напомнил ему капитан.

— И что ты собираешься делать? — поинтересовался Виктор.

— Хотел попросить тебя об одолжении, — вопросительно посмотрел на него Гойт. — Давай повременим с представлением. Пусть девушка обустроится и успокоится. Не исключаю возможности, что она сходит с нами на пару заданий.

— Это логично и допустимо. У тебя есть мое разрешение, Гойт. Я вот только одного не пойму... — Гойт непонимающе нахмурил брови. — Зачем ты общаешься со мной, когда нужно быть рядом с женой?

Гойт завершил сеанс связи. Лицо жгучего брюнета, только что давшего свое добро, вскоре стерлось из памяти. Сжимая в руках рамку, Гойт сделал несколько шагов по направлению к спальне.

Пожалуй, он боялся. Боялся, что судьба решила жестоко посмеяться над ним, то даря, то отнимая возможное призрачное счастье. Как и Анди недавно, он не мог толком понять, почему так быстро происходит взаимопроникновение. Интересно, какую часть мыслей самой Анди занимает он?

Мы с Гойтом, кажется, впервые поссорились. Не было ни громких выяснений отношений, ни разбитой посуды. Лишь гнетущее молчание, столь непривычное после романтического настроя, которым были пропитаны все наши встречи.

Максим, мой бывший жених, остался далеко позади, но он все еще не желал уходить из моей жизни. Он присылал букеты и драгоценности, которые я неизменно возвращала. Я была привычна к его навязчивому вниманию, но сказать Гойту о том, что Макс никак не успокоится, я все еще боялась.

Сегодня, как назло, меня не было дома, и когда Гойт открыл дверь, ему протянули огромный букет ярко-алых роз с запиской: «Пожалуйста, не выбрасывай хотя бы эти». Макс все никак не унимался, продолжая играть со мной, словно с доверчивой домашней зверушкой. Порой мне казалось, что все наши отношения были не более чем психологическим экспериментом. Макс просто хотел знать границы моего терпения. Он никак не мог взять в толк, что я вырезала его из жизни после заявления о связи с подругой. Предательства я прощать не собиралась, несмотря на активные попытки Максима показать, что измена была ошибкой, а сам он исправился. К тому времени у меня уже появился Гойт, который стал моей сбывшейся мечтой.

Он был живым и теплым, любящим и заботливым, словно созданным для меня. Я часто задавалась вопросом о том, за что мне такое счастье, и очень боялась потерять Гойта, хотя он не замечал никого, кроме меня. Но и тут не обошлось без вездесущего Макса. Он словно чувствовал, когда нужно появиться в моей жизни, чтобы наша спокойная жизнь дала трещину.