Книга Человек со звезды, страница 48 – Настя О

— Нина, дистанция, — он пытался изобразить угрозу в голосе. Ну да. А руки при этом шарили по моему телу.

— Да как скажешь, — согласилась я, а сама опустила губы на его сверху, начиная еще один умопомрачительный поцелуй.

И вот вроде бы все признаки налицо. И Рейник точно от меня теряет голову. Но все — таки отстранил, аккуратно спустил на пол и серьезно произнес:

— Нина, завтрак. Первый. Ученые.

Ух, сколько новостей я сегодня первому сообщу! Ух, какой у нас прогресс! Усмехнувшись, я кивнула и села за стол. Пусть нужной разрядки я вчера не получила, Рейн успел стать мне ближе. Жизнь определенно налаживалась.

Хотелось хулиганства. Детского озорства. Душа пела на всех возможных языках. Я даже пританцовывала вилкой, насаживая на зубчики аккуратно отрезанные кусочки оладий.

— Нина, — Рейн покачал головой, удостаивая меня укоризненным взглядом.

— Что — о–о? — нарочно растягивая слова, невинно похлопала я глазками.

— Играть. Вечером. Утром. Первый, — подумав, ответил пришелец.

— Обещаешь? — поиграла я бровями, прекрасно зная, что этим обеспечу нам очередную веселую ночь.

Зелено — голубые глаза на миг прикрылись, но я успела заметить в них блеснувший огонек страсти. Хмыкнув, продолжила свое занятие, но не выдержала и спросила:

— Как много слов ты уже успел выучить?

У Рейна был такой вид, будто его застукали за воровством сметаны у кота.

— Все. Несколько. Языков.

У меня вытянулось лицо.

— И молчал?!

— Трудно. Привыкнуть. Речевой. Аппарат. Сложный.

— Ты привык говорить по — другому?

— Мы. Поем.

— Я слышала в первую ночь, как ты пел.

— Это… другое, — ушел от ответа пришелец. — Неопасно. Мой. Народ. Не. Использует. Языка.

— Да, без языка у нас тут вряд ли что — нибудь получится, — закивала я, широко улыбаясь.

Укоризна так и светилась во взгляде напротив.

— Нина. Смущаешь. Жутко.

— Ты сам выбрал меня, — пожала я плечами. — На той площади с фонтаном была уйма народа, бери — не хочу. А тебе зачем — то понадобилась я.

— Ты. Другая.

— Да неужели? — я не поверила этим словам. — Что же ты увидел во мне такого?

— Ты. Как. Эмоция. Поглощена. Ими. Отдаешь. Им. Себя. Пожалела. От. Чистого. Сердца. Не. Заинтересовалась. Оболочкой. Предложила. Помощь.

— Если ты не успел заметить, то мы тут с тобой, оставшись наедине, только и занимаемся, что интересом оболочек, — напомнила я. — А днем так и вообще чуть один из древнейших способов зарождения жизни не попробовали.

— Ты. Как. Свет. Тяжело. Оторваться.

— И поэтому «нельзя»? — передразнила его я.

— Позже. После. Экспериментов. Можно?

— О таком не спрашивают, — смутилась я.

— Я. Не. Хочу. Чтоб. Ты. Плакала. Снова, — Рейн встал из — за стола и опустился передо мной, кладя голову мне на колени и обнимая за талию. Огромный мужчина. Как медведь. И весь, кажется, мой. — Поэтому. После. Экспериментов. Спрошу. Снова.

Что было на это сказать? Нетипичная ситуация. Инопланетный рыцарь. Что и говорить, мама дорогая. Когда Рейн поднял голову, я все еще не могла мыслить нормально. С языка, как и всегда, сорвалось первое, что пришло на ум:

— Не ходи больше голый по дому. А то я на твое «нельзя» плюну с высокой колокольни. И будет «можно» гораздо раньше, чем ты думаешь. Я такая, я могу! — и внезапно умолкла. Рейн смотрел на меня с улыбкой. — Чушь несу, да? — расстроилась я.