Книга Человек со звезды, страница 11 – Настя О

Сказать, что Федюня был некрасивым, значило бы обвинить природу в жадности. Нет, по всем человеческим меркам этот мужчина привлекал к себе избыточное женское внимание: породистое лицо, кожа с легким оттенком южного загара — он переселился к нам из черноземной части страны несколько лет тому назад — блестящие угольные глаза, уложенные волнушка к волнушке волосы. Федюня был столь же прекрасен, сколь и ужасен характером. Правда, весь ужас с недавнего времени доставался одной только мне. Но я — то умела мужественно терпеть. А вот он, похоже, дошел до ручки.

— Читаешь мои мысли.

— Даже не думай об этом, — разочаровала его я.

— Стерва… — зашептал Федюня на ухо, обдавая меня легким запахом алкоголя. В понедельник вся контора будет судачить о его приставаниях.

— Ты не ушибся головой часом, а, Федь? — примирительно заявила я. — Никогда бы не подумала, что у тебя на меня хоть что — нибудь шелохнется, а тут прямо такие откровения, что хоть стой, хоть падай.

Видимо, я все же не смогла удержать за спиной красную тряпку. Глаза Федюни опасно блеснули, а в следующую минуту меня с такой силой вжали в мужское тело, что я почувствовала не просто шевеления — ту самую «стойкую реакцию»!

— Таких откровений тебе достаточно, Нинка? — пьяно спросил кавалер, и меня понесло.

— А, так ты из тех товарищей, которые в спокойном трезвом состоянии девушке в симпатии признаться не могут, зато подшофе готовы хоть посреди зала юбку задрать?

Да, я провоцировала его на конфликт. Но не я начала приставать к нему с недостойными намерениями. Он и так портил мне вечер, хоть напоследок получу удовлетворение.

Федюня не повелся.

— Для этого я слишком собственник. А ты слишком бойкая сегодня, Ниночка.

— Федечка, — я окончательно дала себе волю, — а не пошел бы ты туда, куда мне очень хочется тебя послать?

Вопрос был произнесен с нажимом, но кто — то совершенно не хотел реагировать на предупреждения.

— Это маневр такой — сначала давать от ворот поворот, а потом привлекать внимание пристальными взглядами? — улыбка моего ненавистного партнера вышла предвкушающей.

— Не знаю, что ты там себе навыдумывал, — двигаться я перестала, обрывая и без того превратившийся в мучение танец. — Но любой взгляд, который ты считал завуалированным приглашением, на самом деле не что иное, как попытка предостеречь себя от любой встречи или разговора с тобой, Федя. Ты не нравишься мне вообще ни в каком виде. Вызываешь отторжение на уровне хромосом. И я очень надеюсь, что в дальнейшем наши с тобой как карьерные, так и личные дороги пойдут параллельно и никогда даже не вздумают пересечься!

С этими словами, воспользовавшись обескураженностью Федюни, я оттолкнула его и отправилась на выход. Коротко улыбнувшись своему курирующему менеджеру Аркадию, дала понять, что с меня на сегодня довольно и пора возвращаться домой. Разрешение, естественно, не требовалось: с моим отношением к шумным и угнетающим вечеринкам я вообще большое одолжение фирме сделала, что появилась сегодня. Пусть время было еще детское, всякому коллективному развлечению я предпочитала свой вариант «Спокойной ночи».

Только оказавшись на улице, поняла, почему до сих пор испытываю дискомфорт. На руках остались почти ощутимые следы ладоней Федюни. А они у него сегодня, как назло, были потными и противными. Достав из клатча небольшую упаковку влажных салфеток, тщательно обтерла кожу, думая о том, что худшего со мной просто не могло случиться. Пожалуй, мечта Ленки появиться на корпоративе под ручку с Рейном начала приобретать определенные достоинства. У моего молчаливого «друга», как успела окрестить его сестренка, ладони были теплыми и сухими. Я до сих пор отчетливо помнила их пожатие. Думаю, даже объятие у короля нудистов могло выйти идеальным.