Книга Божественной тропой, страница 58 – Настя О

За забором, конечно, увидеть это в полной мере не вышло бы. Высокий бамбуковый лес, в котором обычно бывало мало света, внезапно озарился огромной вспышкой: солнце вышло из–за горизонта. Идеальные высокие стебли подернулись дымчатой поволокой, лениво принимая на себя лучи и нехотя пропуская их дальше. Их кроны приобрели мягкий ореол света, завораживая своим видом. Я, наверное, могла бы часами наслаждаться. Вот и сейчас, несмотря на прохладу, я продолжала сидеть и впитывать в себя лучи холодеющего светила, не обращая внимания на медленно подступающую осень. Касу устроился рядом и прикрыл глазки – наверное, я разбудила его раньше времени. Ну что ж, мой маленький защитник заслужил свое право на отдых. А я могла позволить себе немного полениться перед трудным рабочим днем.

Сколько бы ни работал на благо храма старик, дел оставалось великое множество. Я как раз планировала разобраться с хозяйственными помещениями за молельней и очень надеялась обнаружить там прутья, чтобы сделать из них метлу. Иначе пришлось бы тяжело. Храм и двор нуждались во втором дыхании. Я, насколько могла, собиралась подарить им это.

В рабочем уголке оказалась совсем новенькая связка прутьев, словно приготовленная для меня, и я с радостью ухватилась за нее, вытащив на божий свет. Касу увлеченно прыгал рядом, но я с улыбкой погрозила ему пальцем: уборкой я должна была заниматься сама. Принявшись подметать сначала маленький внутренний двор за молельней, а затем перейдя и к площади перед храмом, я не заметила, как минула половина дня. Когда собралась к колодцу, обнаружила там наблюдающего за мной доррона:

— Здравствуйте, уважаемый дух! Как ваше самочувствие?

— Да вот смотрю на тебя и думаю, зачем тебе понадобилось приводить в порядок место, в котором ты не собираешься задерживаться.

— Почему это – не собираюсь? – делано удивилась я. – Я надеюсь здесь задержаться. Если вы позволите, конечно.

Я прекрасно знала, что умаслить низкорослого ворчуна – значит шагнуть еще ближе к тайне его настоящего имени. Знал это, конечно, и он. И пусть его храм до меня не ведал, что такое поступь бога, доррон достоинства терять не собирался. Это было неудивительно. Все же я пришла в жилище верховного бога.

Наши с хранителем добрые перепалки вскоре вошли в привычку. Не прошло и нескольких дней, как он уже по собственному желанию стал предлагать свою помощь, от которой я, конечно, не отказывалась. Трапезы мы тоже делили на двоих, пусть дух и продолжал строить из себя неприступную крепость. Однако, к моей радости, в душе поселилось ощущение легкости оттого, что в целом пустом храме я больше не буду одна. Пусть и омрачалось оно ухудшением моего состояния: день ото дня я начинала испытывать слабость. Я понимала: не признай меня хранитель, очень скоро придется покидать жилище, поскольку собственных моих сил хватит совсем ненадолго. Но я продолжала верить. Верить в то, что доррон наконец–то воспримет меня как свою. А через неделю моего пребывания на Небесную Гору пришла Хё.

Я как раз заканчивала очередную уборку, ласково протирая дерево решеток для пожертвований, когда внезапный порыв ветра словно подтолкнул вперед, разворачивая в сторону входной тории. Там, в своей привычной прохудившейся юкате, прислонившись к столбу ворот и робко глядя на меня, и стояла девушка. Не передать словами, какой радостью наполнилось в тот миг мое сердце, и я, отложив метлу, бросилась к недавно обретенной знакомой.