Книга Молчание Гладиатора, страница 89 – Нина Северова

Кивает. И снова перебирает мои волосы. Мне нравится, что она рассказывает о своих переживаниях. Я стараюсь тоже ничего не умалчивать.

— Я сегодня виделся с Халидом. У него появилась подружка, — ухмыляюсь. — Она учится в другой школе и он каждый день провожает ее на уроки.

— Это же хорошо? У него такой возраст, начинаются первые влюбленности.

— Там любовь уже, а не влюбленность. Он смотрит на Лизу, как на свою самую большую ценность. Порвать за неё готов. Это и странно, и умиляет. Как-то я не был готов, что племянник так быстро вырастет. Старею.

Лия смеётся и я чувствую ухом приятную вибрацию. По телу разливается тепло.

— Ты ужинал? Время позднее уже. Приготовить что-то? — Лия приподнимается и я перекатываюсь на бок.

— Мы поели пиццу. Я не голоден, хотя… — тяну Лию к себе и кладу ее на спину. — Я бы съел что-нибудь сладкое, — кусаю за ключицу. Она вскрикивает и смеётся.

Я стараюсь не переходить черту. Быть нежным, чтобы не навредить ребенку. Но когда Лия оказывается сверху, эти длинные волосы, этот взгляд держащий меня за самое нутро — я слетаю с катушек.

Раньше ведущая роль всегда была у меня. Лия же чаще оставляет меня внизу и пользуется моим телом во благо своего удовольствия. Обожаю смотреть на нее в процессе, когда она ищет нужное направление, чтобы достичь пика. Злится, если пытаюсь помочь. И меня это забавляет. Всё моё тело только для нее. Возьми. Возьми всё, что сможешь.

Лия откидывается назад, упирается руками в мои ноги, быстрее двигает бедрами вперёд и назад. Ещё немного. Сжимает меня так, что я кончу быстрее. Нельзя. Она должна получить свою волну. Вижу, как напрягается шея, вены выступают. Блядь, выдержка моя трещит. Приподнимаю таз и Лия кричит. Дёргается в экстазе и я сливаю следом.

Падает на меня и обнимает за шею. Дрожит. И я, наверное, тоже. Провожу ладонями по бедрам, Лия всё ещё не может отойти. Чувствую, мышцы ходят ходуном. Надо в ванную.

— Нормально? — прижимаюсь губами к плечу.

— Да, — шепчет.

Касаюсь пальцами позвоночника, собираю капли пота. Лия покрывается мурашками и начинает ёрзать.

— Холодно, — приподнимается. Смотрит мне в глаза и потом улыбается.

— Будешь меня сжимать, пойдем на второй круг, — прикусываю подбородок. — И будет жарко.

— Это угроза или обещание, Шахид? — смеётся.

Когда Лия зовёт меня по имени, я твердею моментально. Толкаюсь вперёд, чтобы она поняла, что натворила. Лия краснеет и отвечает на это движение. Дыхание перехватывает. Дразнит меня, а я с радостью ведусь на эти игры.

— Люблю тебя, маленькая. Так сильно, что кончаю от этого, — переворачиваю нас и нависаю над Лией.

— Докажи, — улыбается. — Что кончаешь от этого.

Усмехаюсь. Кто я такой, чтобы идти на попятную?

Я доказывал Лии свои слова, показывал возможности своего тела и раскрепощал её ещё сильнее. Мы ласкались до утра, пока сон и усталость не одолели. Нам было хорошо. Мы были единым целым во всех смыслах.

— Я тоже тебя люблю, Шахид, — Лия шепчет мне на ухо и тут же засыпает.

Спустя семь месяцев

— Медина, перестань бить брата, — поднимаю племянницу на руки. — Ты же девочка, а ведёшь себя как пацан.

Она недовольно сводит брови и пытается слезть. Шамиль вытирает слёзы рукой и отходит к Аслану. Он обнимает сына и шепчет что-то успокаивающее. Иногда мне очень жалко Шамиля, потому что он постоянно получает от Медины. Никакие разговоры не помогают, она всё равно его лупит. А он не даёт сдачи, потому что девочек нельзя бить.