Книга Бог из Пустоты, страница 48 – Алексей Гапоненко

— «Разъяснительная работа». В чём её суть? – пока я говорила, на заднем сиденье послышалось шушуканье горилл. Похоже, не одну меня заинтересовала эта строчка.

— У руководства есть какие-то вопросы к этому… человеку, – в голосе Марека повеяло смертельным холодом, проснулись его демоны. Я уже и забыть успела. Как давно это было? Когда я впервые услышала историю его жизни? Один из сирот, оставшихся в живых после религиозных войн. То, что случилось с его родителями – ужасно. Не хотела бы я быть на месте этого клерка-Стива. Если ему повезло выжить после взрыва метеорита, то явно не повезло, когда за это дело взялась наша группа во главе с Мареком Зелински. А он тем временем продолжил:

— Моего уровня допуска не хватает для подробностей, но раз уж руководство заинтересовалось им, не думаю, что ты увидишь его снова. Простая работа – возьмём в одном месте, доставим в другое и всё. Какая разница, по какой формулировке брать одного из этих убл… одного из них.

Образ офицера расплывается: его голос становится всё тише, а слова теряют смысл…

Наваждение длится недолго, и вот я уже сижу в другой машине. На этот раз это обычный полицейский фургон: Марек сидит за рулём; автопилот выключен. Я отворачиваюсь от начальника и смотрю в окно: мимо проплывают первые этажи многоэтажек, царапающих облака далёкими крышами. Наверно, потому их и прозвали небоскрёбами. Мы приближаемся к центру одиннадцатого района. Вскоре должно показаться здание участка. Именно там по информации из сети СГК находится человек, максимально подходящий под описания неуловимого Стива Виндсикера.

— «Подумать только, простой клерк не только сумел улизнуть от нашей группы, но ещё и буквально растворился на пару дней в грязи своего района. Кто он вообще такой?..»

— Слушайте, как думаете, это он?

Зелински поворачивается ко мне, и снова его серые глаза будоражат кровь. Кажется, у меня даже мурашки появились:

— «Может мне попытаться закрутить с ним? Он вроде гетеросексуал, пусть и гораздо старше меня, но и что с того. Я – не уродина и сумела бы заинтересовать его, но блин. Как-то не хочется начинать такой разговор со старшим офицером, мало ли что он подумает. Вот же чушь! О чём я вообще думаю?!»

— По описанию очень похож.

На секунду я потерялась. Задумавшись о своём, я совершенно потеряла нить разговора и не сразу поняла, о чём вообще идёт речь. Видимо, поняв моё молчание как-то по-своему, Марек продолжил.

— Патрульные доложили о человеке в одном больничном халате. Сомневаюсь, что по этому району разгуливает много таких.

Тонкая улыбка на один миг пронзила его сухое мужественное лицо. Офицер пошутил для меня. Я впервые слышала шутку в его исполнении, или это не шутка? Может, я опять загоняюсь?

Стоило мне только обрадоваться, как зазвонил телефон. Марек моргнул, его серые радужки приглушённо вспыхнули, отражая свет встречной машины, а в следующее мгновение он уже не смотрел на меня. Быстро нажав кнопку автопилота, он сосредоточился на разговоре:

— Да, слушаю. Здравствуйте, я узнал вас, – он нахмурился, морщина между бровей стала чётче, видимо тот, с кем он разговаривал, повысил голос. – Приношу извинения, возникли небольшие трудности, – я не могла поверить своим глазам. Офицер побледнел на моих глазах. Да с кем он говорит?!