Книга Комната отдыха, страница 3 – Ли Мие

Я понял, что он имел в виду, когда вошел в конференц-зал на девятнадцатом этаже здания. Включая меня, участников было восемь: поровну мужчин и женщин. Одну из участниц я сразу узнал, потому что запомнил ее по документальному сериалу. Та самая женщина, которая от злости набивала карманы кофейными миксами.

Она одиноко сидела в углу и мрачно рассматривала установленные повсюду камеры. Было заметно, как сильно она напряжена. На мгновение наши взгляды встретились, и я глупо ей улыбнулся, но это не произвело на нее ни малейшего впечатления.

Я не понимал, что все это значит. Слова продюсера: «Первый съемочный день вас удивит» – вдруг показались бестактными и даже жестокими. Но оказалось, это лишь мелочь по сравнению с тем, что я испытал, когда перед участниками включился экран с надписью следующего содержания:

Кого ты возненавидишь больше других?

Первый замораживает кофе и кока-колу в общей форме для льда.

Второй провозгласил себя защитником природы и не пользуется одноразовой посудой, но складывает два десятка немытых тамблеров^[3] в одной на всех раковине.

Третий оставляет использованные бумажные стаканчики возле кулера для воды.

Четвертый пригоршнями присваивает пакетики с самыми вкусными кофейными миксами.

Пятый отключает общественную микроволновку, чтобы подзарядить наушники.

Шестой вечно бормочет себе под нос.

Седьмой забивает общий холодильник коробками с тортами и никогда не уносит их домой.

Восьмой каждое утро громко полощет горло над раковиной.

Представь, что тебе приходится делить с ними комнату отдыха.

Кого ты возненавидишь больше других?

Восемь примеров, восемь участников… От растерянности я перечитал список несколько раз, прежде чем понял, что первая строчка относится ко мне. Лица участников, узнававших себя по описанию, темнели одно за другим. Женщина из документального сериала напряглась еще больше и резко выпрямилась на стуле.

Камеры безжалостно запечатлевали, как меняются наши лица, как интерес к происходящему уступает место замешательству и стыду. Позже я узнал, что именно эта сцена вызвала первый всплеск зрительского интереса.

— Уважаемые участники! – бодро произнесла стоявшая рядом с продюсером женщина с детским лицом, главная сценаристка проекта. – Вы ждете объяснений, не так ли? Прошу извинить нас за молчание – этого требовала специфика игры. В течение последнего месяца мы тайно проводили этот опрос по всей стране, стараясь, чтобы вы ничего не узнали.

Она старательно не замечала, как участники сверлят ее глазами.

— По результатам опроса, – продолжала она, – первое место занял участник с привычкой бормотать себе под нос. За него отдали голоса три тысячи двести десять человек из двенадцати тысяч девятисот восьмидесяти шести опрошенных!

Она произносила жестокие слова так радостно, будто действительно поздравляла с победой, и я, оправившись от первого шока, почувствовал, как неприятно заныло в груди.

— Наш Бормотун получит купон на подсказку в игре. Конечно, если он решит остаться. Этажом выше находится зал, где пройдет основная съемка, а также жилые комнаты участников. Располагайтесь и отдыхайте, мы ждем ваших решений до завтрашнего утра. Если Бормотун нас покинет, купон на подсказку перейдет к игроку, занявшему второе место.

— Почему вы называете его «Бормотун»? – недовольно спросила женщина в синей пушистой шапке, сидевшая ближе всех к сценаристке. – Разве у него нет имени?