Книга Роковое завещание, страница 134 – Людмила Мартова

Эта фамилия ни о чем Жене не говорила.

— Но вы называли мужа племянницы Валерой, – ее ухо зацепилось за несоответствие, мимо которого она пройти не могла. Даже если уже понимала, что ошиблась.

— Да. В семье его так зовут. С детства повелось. Но по паспорту он Валентин.

— И где он работает? – Женя и сама не знала, зачем задает все эти вопросы.

— Понятия не имею, – покачала головой Корнеева. – В прошлом он милиционер. Или полицейский. Я все время путаю. Сейчас возглавляет службу безопасности какой-то фирмы. Он не очень меня жалует, поэтому общаюсь я в основном с Машенькой. И про него мы обычно не говорим. Еще чего не хватало.

Ясно. Галина Серафимовна не очень-то жалует мужа своей племянницы. Ну да, она в прошлый раз назвала его кобелем. Значит, знает что-то порочащее и сочувствует родственнице.

— А почему вас это так интересует? – поинтересовалась хозяйка.

— Да потому что любовника Ренаты Максимовой звали Валерой, – призналась Женя рассеянно. – Я подумала, что это может быть Волин. Хотя, наверное, я ошиблась, все-таки брат моего мужа сильно моложе погибшей.

— С этой потаскухи сталось бы и пионера себе в любовники взять, – фыркнула Корнеева. – Разрушать семьи, уводить мужиков из семьи, толкать к греху – это у нее в крови было. А они и уши развешивали, чтобы лапшу удобнее вешать. И квартиры ей, и дома, и монеты. А шиш с маслом. Накося, выкуси!

И старушка сложила из кулачка дулю. Маленькую и сморщенную. Сунула ее Жене прямо под нос.

Какие квартиры, дома и монеты? Женя вдруг напряглась. Что Корнеева имеет в виду? Понятно, что она до сих пор не может простить Ренате, что та отбила у нее Александра Васильевича Гордеева. И тот, как общеизвестно, действительно подарил молодой любовнице на двадцатипятилетие квартиру, в которой она недавно и погибла. Но дома и монеты? Неужели все-таки было завещание старого Гордеева, которое обнаружили в доме Максимовой? Но та же Корнеева утверждала, что завещания быть не могло. Кстати, а откуда она об этом знала, если к моменту смерти Александра Васильевича уже пять лет с ним не жила?

И у Ренаты Максимовой был любовник по имени Валера. А если это все-таки не Волин, а именно родственник Корнеевой?

— Галина Серафимовна, – задавая вопрос, Жене хотелось зажмуриться, но уж больно все сходилось. – Галина Серафимовна, вы знали, что муж вашей племянницы встречается с Максимовой? Вы поэтому в прошлую нашу встречу назвали его кобелем?

Губы старушки, и так узкие, совсем сжались в ниточку.

— Так кобель и есть, – начала она, помолчав. – Всю кровь Машеньке выпил. Всю жизнь гулял. То одна баба, то другая. А она, знай, терпела. Только сохла. Он своих баб от нее даже и не скрывал почти. Из-за одной даже разводиться собрался. Работали они вместе. Машенька ее видела. Высокая такая, грудастая, блондинистые волосы до попы и губищи на пол-лица. Конечно, если деньги есть, так чего себя не держать. Тоже юристка, как и ты. А про Ренату я не знала, видит бог, не знала. Про нее он ничего Машеньке не говорил. Смекал, поди, что до меня дойдет, так я и пришибить могу. За эту суку, посмевшую во второй раз к моей семье подобраться.

Женя ничего не понимала. У этого самого Рюмина была любовница, но не Максимова, а какая-то «юристка»? Женю вдруг как кипятком обдало. По описанию эта самая юристка как нельзя лучше походила на Алю Буковееву. Та была высокая, фигуристая блондинка, регулярно посещающая косметолога.