Книга Цветочный детектив, страница 13 – Татьяна Устинова, Галина Владимировна Романова, Людмила Мартова, и др.

— Эльвира Леонардовна в безопасности, – ответил за нее незваный крепыш. – Идите, Семочка, выпейте колы во дворике. Взрослым нужно обсудить одно дело.

— Хорошо, – кивнул тот и исчез.

— Вы же не из органов? – спросила она. – Иначе с этими документами вы бы говорили со мной по-другому и в другом месте.

— Все верно. Мне нужна информация, получив ее, я тотчас уйду. Даю вам слово.

— Что вас интересует?

— Меня интересуют отношения между губернатором Самохваловым, мэром Расторгуевым и Яной Самохваловой.

— Но почему именно я?

— Вы были лучшей подругой Яны Самохваловой тогда и остаетесь теперь. Вместе ходили по подиуму, вместе знакомились с мужчинами. Все вместе, вся жизнь. Только ей повезло чуть больше. А вы оказались на обочине.

— Я так не считаю.

— И тем не менее. Выкладывайте: мне нужна суть конфликта.

— Но тут замешана мистика, и если вы в нее не верите…

— Вы говорите, а я уже решу, во что мне верить.

— Хорошо, пусть будет по-вашему. – Она внутренне собралась; как видно, ей предстояло заглянуть туда, куда она совсем не хотела. – Самохвалов и Расторгуев были знакомы еще с начала девяностых, занимались одними делами. Только первый был мозгом, а второй – кулаками. Расторгуев всегда завидовал Самохвалову и положил глаз на его невесту. Даже хотел отбить, но она отказала ему. А Яна могла свести с ума кого угодно, так была хороша. Длинноногая, белокожая, с длинными белыми волосами, улыбчивая, радушная. Однажды Расторгуев, гори он в аду, повез их в свой новый загородный дом. Думаю, он что‐то подсыпал Самохвалову, а когда тот вырубился, просто взял Яну силой. Еще сказал ей: удавлю твоего мужа подушкой, если будешь кусаться и царапаться. Обо всем эти двое решили забыть раз и навсегда. Только мне она рассказала об этом. Мы сидели, выпивали у них на даче, и она взяла с меня слово молчать. Потом жизнь развела бывших друзей. Самохвалов ушел в депутаты, уехал в Москву, вернулся, стал губернатором. Он был прирожденным лидером. Но и Расторгуев на месте не сидел. Выбился в мэры. Но с какой ненавистью к нему жила все эти долгие годы Яна, можете только догадываться.

— Даже представить страшно – такое не забыть.

— Вот именно. С ненавистью и желанием отомстить. А потом она мне сказала, что ей присоветовали одну старуху, настоящую гадалку и ведьму, которая знала тайну, как связаться с потусторонним миром и попросить у него помощи. Ведь молния небесная не брала Расторгуева, и пули облетали его стороной. Яна рассказала мне, что общается с некой сущностью, путем заклинаний вызвала ее и контактирует через зеркало…

— И что же это за зеркало? Обычное?

— Нет, конечно, – усмехнулась Эльвира. – Это старинное зеркало находится в краеведческом музее, в бывшем особняке купцов Караваевых.

— В нашей знаменитой городской усадьбе?

— Именно в ней. Тайну ее вы знаете, конечно?

— Разумеется. В подвале, в Гражданскую, вначале расстреливали белогвардейцы большевиков, а потом, когда власть переменилась, большевики белогвардейцев. Потом там заседали чекисты. Переехали только потому, что в подвале все время слышались голоса людей и выстрелы, а на чердаке по ночам раздавались шаги.

— Вы отлично знаете историю города для шантажиста.

— Не отвлекайтесь, Эльвира Леонардовна.

— Потом там сделали краеведческий музей, и все эти полтергейсты как будто стихли. Но слава за домом тянулись очень плохая. В спальне купчихи Караваевой, прославившейся тем, что она сошла с ума и ее там держали годами, за решетками, пока она не умерла, и стоит то самое старинное зеркало, выцветшее, в кошмарных пятнах, но в красивой раме. Яна мне как‐то показала его и рассказала, что в этом зеркале и появляется та самая сущность. На правах жены губернатора она, понятно, могла заходить в музей, как к себе домой. Даже придумала спонсорство для музея и с тех пор проводила там долгие часы. Кто бы ей что сказал?