Книга Шепот кружевных берез, страница 67 – Людмила Мартова

— То есть об убийстве? – уточнил Зимин, всегда и во всем предпочитающий точность.

— Да. О чем же еще?

Снежана не считала себя хорошим психологом, однако сейчас даже она видела, что Мещерский явно нервничает. Для начала – он не смотрел им в глаза. Ни ей, ни Зимину, и это было странно. Хозяин дома переводил взгляд с огня в печи на свои руки, потом на стены, затем снова на огонь. Сцепленные в замок пальцы рук ритмично сжимались и разжимались. Когда он говорил, ладони расходились, но пальцы тут же начинали отбивать дробь по колену. Мещерский ловил себя на этом и усилием воли заставлял руки замереть, но через мгновение они снова начинали двигаться.

Еще он негромко, но ритмично постукивал по полу носком правого ботинка, к слову, довольно щегольского. С самого начала их разговора он, казалось, не замечал этого, но тут внезапно скрипнула половица, Мещерский замер на несколько секунд, словно его поймали на непростительной слабости. Голос его звучал ровно, но глухо, как будто из соседней комнаты.

— Ну, например, об оказавшейся в лесу девушке, которая удивительным образом не помнит, что с ней произошло, – мягко сообщил Зимин. – Девушка вас не интересует?

Мещерский побледнел так сильно, что Снежана реально испугалась, что он сейчас грохнется в обморок. Интересно, в эту глушь можно вызвать скорую? Хотя о чем это она, конечно, можно. За Лизой в рощу она же приехала. Хозяин дома какое-то время молчал, потом все-таки заговорил снова, явно через силу:

— Я не знаю, как это сказать. Наверное, я просто не умею просить о помощи. Я привык справляться сам. Но сейчас я не могу доверять себе. Собственной голове. Понимаете, я должен знать, что произошло прошлой ночью.

Он наконец поднял голову и посмотрел на Зимина в упор. Снежана заметила, какие в этот момент у него стали страшные глаза. Черные, бездонные, убийственные.

— Я должен знать, что произошло, даже если выяснится, что это сделал я. Опять я.

Он замолк. В доме стало так тихо, что был слышен только треск дров в печи и шум поднявшегося за окном ветра. Владимир Мещерский сидел на стуле, подавшись вперед, локти на коленях, руки сцеплены так крепко, что костяшки побелели. В парке Снежана приняла его за своего ровесника, но сейчас его лицо казалось старше. Это было лицо человека, который устал бояться самого себя.

Зимин тоже молчал.

— Володя, может быть, вы все нам расскажете? – мягко спросил наконец он. – Я в данный момент лицо не процессуальное, так что этот разговор ничем вам не угрожает.

— Я не знаю, что рассказывать, в том-то и дело, – в отчаянии ответил Мещерский.

— Хорошо, тогда просто отвечайте на мои вопросы. Вы всегда здесь живете?

— Что? – Мещерский вышел из своего непонятного ступора, обвел глазами дом, в котором они находились. – Нет. Это мой загородный дом, что-то типа дачи. Основное время я живу в Москве. У меня бизнес. Сюда приезжаю, когда позволяет время.

— Но санаторий «Березовая роща» принадлежит вам?

— Да. Я выкупил старую усадьбу около десяти лет назад, модернизировал ее и открыл санаторий.

— Вы управляете им на расстоянии?

Мещерский пожал плечами.

— Я вообще им не управляю. Всеми делами руководит Дима Крайнев. У него это весьма неплохо получается. Вот он живет здесь постоянно. У него дом в деревне Рощино. Разумеется, я в курсе финансового состояния и периодически возникающих проблем. Но оперативная текучка целиком лежит на Димкиных плечах, и я ему за это весьма признателен.