Книга День, который не кончается, страница 40 – Галина Доронина

Я вылезла из палатки и с восторгом огляделась. Октябрьский лес тонул в плотном молочном тумане. Видимость была метров пять, не больше. Дальше все растворялось в белесой пелене, сквозь которую смутно проступали силуэты деревьев. Воздух был холодным и сырым, пах хвоей и прелой.

Я прикрыла глаза и сделала глубокий вдох. Легкие наполнились холодным воздухом, и я почувствовала, как организм медленно просыпается. Красота. Сразу захотелось размяться, хотя бы пять минут, но сейчас времени на это не было, поэтому я прошла к навесу, где стояло ведро с родниковой водой для умывания.

Рядом лежали жестяной ковш и кусок мыла в мыльнице. Я зачерпнула в ковш воды, потом набрала ее в пригоршни, плеснула себе в лицо и поежилась.

Ледяная.

Я поморщилась, но умылась еще пару раз. Холод прошелся иголочками по коже, но голова прояснилась окончательно.

У костра я заметила Михаила и Руслана. Детектив возился с чайником, стоящим на решетке над костром, и оба мужчины о чем-то тихо переговаривались.

— Доброе утро, – негромко сказала я, подходя ближе.

Михаил поднял голову и кивнул.

— Доброе. Присаживайся. Чай будет через пару минут.

— Спасибо, – ответила я, отмечая, что он тоже перешел на «ты». Видимо, сказывается панибратское влияние нашей неугомонной журналистки.

Руслан посмотрел на меня и чуть улыбнулся.

— Выспалась?

— Более-менее, – соврала я.

На самом деле спала я плохо. Мало того, что легла я поздно, так еще и во сне куда-то постоянно бежала. Мне снились коридоры, лестницы, голоса за спиной, но утром все это стерлось, осталось только смутное ощущение тревоги.

Я огляделась, но кроме нас троих никого не было видно. Палатки стояли призрачными серыми пятнами в тумане.

Михаил снял с решетки чайник и разлил чай по кружкам. Я взяла одну и сделала осторожный глоток. Горячий и сладкий. Самое то для такого зябкого утра. А придет Аня может и кофе угостит.

Я присела на бревно рядом с костром и вытянула ноги, обхватив кружку обеими руками. Тепло расползалось по ладоням, но желудок настойчиво напомнил, что одним чаем сыт не будешь.

— Петр Семеныч уже проснулся? – спросила я у мужчин.

— Проснулся, – ответил Михаил. – Он вообще самый первый встал. Завтрак готовит. Сейчас все соберутся и будем есть.

— А что у нас на завтрак? – поинтересовалась я.

— Овсянка с тушенкой, – усмехнулся Руслан. – Каша уже готова, Петр Семеныч пошел тушенку в нее добавлять. Стандартный полевой завтрак.

Я снова отхлебнула чай. Он обжигал губы, но я не обращала на это внимания. Смотрела на огонь, на языки пламени, которые лизали почерневшие поленья, на дым, который тянулся вверх, белесый, почти невидимый в тумане, и думала о том, что в лесу по-прежнему неестественно тихо.

Тишина была не мирной, а какой-то давящей.

Не шумел ветер в кронах деревьев, не шуршала листва, не щебетали птицы. Я поежилась.

— Тихо как-то, – заметила я вслух.

Михаил кивнул.

— Да. Я тоже обратил внимание.

— Здесь электромагнитный фон выше нормы, – негромко сказал Руслан. – Животные могли это почувствовать и уйти.

— Ну ладно животные, – задумчиво ответила я, – а ветра-то почему нет? Здесь прямо нереально тихо.

Руслан пожал плечами, но ничего не ответил. Я снова посмотрела на огонь и вздохнула. Не люблю неопределенность.

Но продолжить разгонять свою тревогу мне помешал Максим, который вынырнул из тумана со стороны своей палатки.