Книга Где воскресают бабочки, страница 2 – Нана Рай

Впрочем, как и Марго. Нести на хрупких плечах любовь к мужу-тирану, психически нездоровому человеку, не пожелаешь никому. И пусть прошло уже пять лет, эти раны не затягиваются.

Онемевший от напряжения палец нажимает на сенсорную кнопку, и бледное лицо подруги заполняет экран мобильного. Привычные веснушки потеряли цвет и слились с синеватого оттенка кожей. А глаза, всегда яркие и сочные, как весенняя трава, теперь потухли и превратились в черные угольки.

— Элина! – у Регины вырывается полустон-полухрип. – Я не знаю, что мне делать…

Телефон в ее руках дрожит, и периодически лицо исчезает, а вместо него Элина видит забрызганную кровью белую сорочку, татуировку на плече в виде бабочки и растертые красные полосы на подбородке.

— Боже мой, это Регина? – К Элине на кровать подсаживается Маргарита.

Завитки волос шоколадного цвета капризно торчат в разные стороны, отчего Марго напоминает растрепанного птенца. На заспанном лице отпечатались складки от подушки.

— Марго? – Взгляд Регины затуманен и бесцельно блуждает по их лицам. Видно, с каким трудом она пытается сфокусироваться. Как пьяница, который тщетно пытается поймать равновесие.

— Регина, что происходит? Что с тобой? – требовательно спрашивает Элина.

Сон растворяется в рассвете, а ранний звонок лихорадит кровь и будит быстрее, чем самый крепкий и горький кофе.

— Мой муж… – снова стонет Регина и заходится в истерике. Зажимает ладонью рот, и телефон валится из рук. Экран меркнет. Они слышат только всхлипы.

— Регина, черт возьми! – рявкает Элина.

«Сколько прошло лет? Год? Нет, два. Два года мы не общались».

Рыдания затихают, превращаются в горестные стенания. Регина вновь берет мобильный и глубоко дышит, но покрасневшие глаза все равно полны слез. Она порывисто дергает телефон, и на экране мелькает ванная комната, а на полу…

— Господи! – кричит Маргарита и в ужасе закрывает лицо ладонями.

Элина нервно сглатывает в попытке приглушить подступившую к горлу дурноту. На экране снова лицо Регины, но пугающая картина, увиденная мимолетно, продолжает стоять перед глазами – незнакомый мужчина лежит в луже крови, а его гортань будто разорвала стая собак.

— Это твой муж? – голос Элины охрип. Она судорожно кашляет и упирается локтями в колени, потому что руки вдруг слабеют, а тошнотворный ком продолжает крутиться у самого горла.

— Да. Но я не знаю, что произошло… Ничего не знаю. Боже, это все дурной сон.

— Кто… – но вопрос замирает на губах.

Кто его убил? А кто измазал Регину в крови? Брызги на ее сорочке. Окровавленные руки… Следы на лице…

— Я-а-а ничего не по-о-омню! – воет Регина. – Очнулась около часа н-назад. Вся в крови! Ноги не держали, а в голове сплошной туман. Элина, я правда не знаю, что делать… Я же не дура! Все указывает на меня, и если я вызову полицию, то…

Регина замолкает и прикрывает глаза тыльной стороной ладони. На ее руке огромный кровоподтек кроваво-черного цвета в форме челюсти.

— Я понимаю, мы давно не общались, но мне больше некому позвонить, – шепчет Регина. – Господи, он мертв… – и она снова сжимается в комок. На экране видна прядь спутанных рыжих волос поверх дрожащего плеча.

— Так, подожди, – Элина глубоко вздыхает, – мне надо подумать.

Она встречается взглядом с побледневшей Маргаритой. Какой-то злой рок. В кои-то веки подруга приехала погостить. Верно говорят, понедельник – день тяжелый. Но эта случайность так некстати! Или наоборот?