Книга Турецкий дебют, страница 68 – Андрей Лучиновский

— Стоять! — скомандовала Белка, — Вы совсем дебилы? Я же вам говорила, как перегружать.

Байкеры, опустив сейф на асфальт, виновато чесали кто головы, кто бороду. Белка вздохнула и пошла от сейфа к пикапу, опустив руки вниз. Следом за ней дорога покрывалась слоем ледяной корки.

— А теперь кого ждём?! — крикнула она, дойдя до пикапа.

Байкеры смотрели на неё, разинув рты. Спохватившись, они приподняли металлический куб и, поставив его на лёд, начали толкать по ледяной дороге.

Через пять минут на трассе остались лежать лишь бесчувственные тела бойцов Варяга.

После недельного затишья, Сутормин внезапно сорвался и поставил всю столицу на уши. В городе начались повальные облавы, которые коснулись даже нашего "скромного" пристанища. Этой ночью в "Ад" ворвалась группа силового подавления ИСО и принялась перетряхивать весь бордель, начав шерстить заведение с нижних этажей.

Рысь, получивший сигнал с ресепшена, разбудил меня и Лику, и теперь мы втроём сидели в секретной комнатке и, глядя на мониторы, с энтузиазмом комментировали происходящее. Впрочем, ничего, заслуживающего внимания, "зверьки" на первых этажах не обнаружили.

Пока не добрались до четвёртого. Где и нашли на свои задницы всего одно, но зато очень захватывающее приключение, в лице отдыхавшего там генерала Игошина. Глава МВД Империи, развлекавшийся в широченной кровати сразу с тремя жрицами любви, сначала принял ворвавшихся в его номер исошников в масках за обычных грабителей, и недолго думая включил свой дар. А дар у Игошиных был знатный — они были берсерками. Увеличивая свои физические возможности, они переставали чувствовать боль, время для них замедлялось и полностью отключался страх. Дар боевого транса очень редок в нашем мире, я знаю всего лишь четыре рода берсерков и Игошины были единственными, кто обладал им в Империи. Надо ли говорить, что прежде, чем закончилось действие транса, генерал успел полностью зачистить от "масочников" весь четвёртый этаж "Ада". Впрочем, и после окончания действия кольца он не угомонился — заняв оборону на парадной лестнице, Игошин оказал достойное сопротивление оставшимся на ногах "зверькам", поливая их с двух рук огненными струями, как заправский огнемётчик.

В итоге, чтобы замять скандал и успокоить не в меру разбушевавшегося Игошина, в бордель пожаловал сам Сутормин, который сразу принёс извинения генералу, а заодно и получил от него по морде.

— Я тебя сейчас пополам разорву, сука сиятельная! С каких это пор приличные люди, отдыхающие в достойном всяческих похвал заведении, подлежат преследованию со стороны Империи?! Империя, мать твою, не для того создавалась, чтобы такие, как ты, уроды могли своими грязными ручонками копаться в нижнем белье её лучших представителей!

Рысь негромко зааплодировал:

— Учись, Женя, как надо пафосно втаптывать оппонента в грязь. Хрен придерёшься, всё по делу.

— Ты мне лучше скажи, у тебя камеры везде стоят? — закралось у меня сомнение по поводу своей новой комнаты.

— Если ты о своём жилище, то успокойся, камеры есть лишь в клиентских номерах. На жилых этажах и в комнатах девочек их нет. И чтобы снять все вопросы — никогда и не будет.

— Смотри, как его перекосило, — хихикнув, Лика толкнула локтем Рысь и кивнула на меня.