Книга Турецкий. Цейтнот, страница 72 – Андрей Лучиновский

— Кстати, Мстислав, утром мне пришло письмо от адъютанта Императора. ЧВК мне придётся покинуть.

— И ты молчал?! – вскинулся Берендей.

— Так а когда бы я тебе сказал? Когда мне письмо передали ты уже в багажнике лежал. Я его по дороге вскрыл.

Берендей вспомнил, что при отъезде они притормозили на пару минут и понятливо кивнул.

— Ладно, уже пришли, потом поговорим.

Зайдя в библиотеку, оба заозирались. Их любимые места уже были заняты, поэтому им пришлось разделиться – свободные кресла стояли через стол, напротив друг друга.

— Я попросила вас приехать ко мне по одной простой, но немаловажной причине, – начала княгиня.

Все притихли в ожидании продолжения.

— Император поставил меня перед выбором. Он признает род Турчаниновых только при одном условии. По уложению Императора Петра, написанному ещё полвека назад, род должен иметь минимум два человека.

Все дружно закивали.

— А в чем, собственно, проблема? – поинтересовался со своего места Берендей, – Император же в курсе, что Кирилл жив.

— Он потребовал его присутствия, вот в чём проблема, уважаемый Мстислав Игоревич.

— Упс… Вот интриган чёртов, – буркнул себе под нос Берендей и уже громче сказал, – Мда… это действительно проблема, Маргарита Ильинична. Но мы можем вызвать сюда Данияру, ведь Георгий подписал на неё бумагу о принятии в род Турчаниновых.

— Я уже думала об этом, – кивнула княгиня, – Но боюсь, что Кирилл её одну не отпустит и приедет вместе с ней.

— Простите, что вмешиваюсь, – подал голос Греков, – А почему княжич не может приехать? Простите, если это меня не касается, то так и скажите, я не обижусь.

Он виновато улыбнулся.

— Вас это не касается, барон, – усмехнулся Берендей.

Греков развёл руками и переглянулся с Даманским:

— Сергей, сейчас скажем или послушаем местных ораторов?

— Что скажете? – насторожилась Маргарита.

Греков встал и подойдя к окну поплотнее задвинул тяжёлый портьеры. Развернувшись, он подмигнул Берендею и спросил, ни к кому напрямую не обращаясь:

— А с чего вы все взяли, что Дана получила свой дар от Ивана Семёновича Новикова? Прямым потомком Хасана Омеровича Мехметоглу является вовсе не её отец, а мать – Светлана Викторовна Новикова.

Воцарившуюся в библиотеке тишину нарушил звон разбившегося бокала, который выскользнул из внезапно ослабевшей руки Синельникова.

Я пошёл по обочине вперёд, всё ещё держа ладони с джетами за спиной, но только собрался запустить их навстречу быстро приближающемуся флаеру, как в голове моментально появился Рысь:

— Ты чего творишь, Кира? Тут тебе не там, тут за убийство и казнить могут. С тобой-то всё понятно – выкрутишься или сбежишь, но этим ты знатно подставишь дона Алехандро.

Джеты моментально исчезли. Чёрт, всё время забываю, что мы не в столице, где отродясь никаких дуэлей не было – влепил обидчику промеж рогов и прикопал где-нибудь… если уж припрёт избавляться от улик. А тут придётся политесы разводить, терсеру [15] вызывать. Правда потом и вопросов к тебе никаких не будет, всё по закону. Но месть родственников, естественно, никто не отменял. Кто же это такой борзый, что не побоялся наехать на пятого графа Фаренго?

Стоп! Тот наглый гишпанец к нам даже не подходил! Никто в вентасе и не мог знать, кто я такой, потому что из-за откатов времени мы так и не сумели познакомиться с местными поближе. Тогда кто же это нас преследует? Или у меня уже паранойя? Но ведь несколько минут назад этот самый флаер таранил нас сзади.