Книга Токийский Суслик, страница 96 – Фил Шрайбер

-Твою мать… - только и смог сказать Вал, когда увидел, кто сидит за столом.

Это был он, Ужас Глубин, при виде которого весь отряд впал в легкое оцепенение. Суслик узнал эти холодные рыбьи глаза, плотоядную ухмылку на зеленоватом лице и перепончатые пальцы. Судя по тому, как двигались жабры, это существо только что проглотило кусок мяса. При помощи магического зрения Валентин увидел слабый след ауры панического ужаса над тарелкой…Это был ёкай, которому не посчастливилось стать ужином для ктулхоида.

Хорек и его подручные, Ласка, Пума, Лаки и Алиса, не сговариваясь, открыли ураганный огонь по Ужасу Глубин. Судя по его ошарашенной физиономии, он тоже ничего не понял и начал метаться.

«Сижу себе, никого не трогаю, примус починяю, ёкая доедаю… - Мелькнуло в голове Суслика.» Валентин увидел, что на лицах его соратников начала появляться тень сомнения и страха. Кадзуо, возбужденный происходящим, буквально кричал:

«Я читал, что эти твари способны подчинить себе разум других! Что нам делать?»

«Вы…бать!» –коротко ответил Валентин, аккуратно вгоняя одиночные выстрелы в тело существа. Однако, как и при первом столкновении, даже более крупный калибр АК-47, при помощи которого ему раньше удавалось успокоить самых настырных противников, не причинял особого вреда. Водяной, воспользовавшись кратковременной передышкой, пока Ласка и Хорьки перезаряжали автоматы, издал странный низкий звук, от которого часть отряда заметалась по помещению, прижимая руки к ушам и натыкаясь друг на друга, словно слепые котята.

— Ксо! – Суслик понял, что без магии ему придется туго. Собравшись, он направил всю доступную энергию инкантации на выдохе в сторону «рептилоида». Слово смерти не подвело: водяной оказался временно ослеплен, а соратники Суслика снова смогли видеть. Хорек потирал глаза и озирался с таким видом, словно ему впервые довелось воспользоваться органом зрения.

Не теряя времени, Валентин сунул свой танто под нос Пуме:

— Сделай огненный клинок! Сейчас же!

Пума молча провела двумя пальцами по лезвию ножа и буквально выдохнула миниатюрный пучок пламени на танто, который мгновенно вспыхнул. В другое время Валентин бы обязательно полюбовался красотой работы Пумы, но сейчас было не до этого. Ужас Глубин, понимая, что надо действовать, вскочил на потолок и оттуда что-то прошипел. Все, кто былкомнате, неожиданно закатили глаза и, подогнув под себя ноги, попадали на пол, кто куда. Даже Пума, успевшая сотворить мгновением раньше Огненный клинок, и та сложилась в позу эмбриона.

— Давай, маленький маг! Сразимся один на один – теперь остались только ты и я! Без этой надоедливой мошкары! - Прошипел Ужас Глубин с потолка.

Внутри Суслика словно что-то взорвалось, руки и ноги налились огнем. Он чувствовал, что его что-то распирает и толкает вперед, на уже знакомую опасность. Вместе с тем возникло ощущение, что теперь можно покуражиться и навешать люлей этому водяному…

Другой подобной драки опытный наемник не мог припомнить за всю свою жизнь. Удары водяного обрушивались на него, как молот, и Суслик отвечал тем же. Судя по явному неудовольствию на физиономии противника, тот начал что-то подозревать… и впервые за все время в его ауре появился намек на страх. Суслик увидел, что в груди «рептилоида» что-то бьется, и знакомый красный туман стал заволакивать глаза Валентина. Сейчас не было необходимости сдерживать себя. Напротив, ему хотелось дать волю кровожадным инстинктам, победить, порвать на куски, выпить и выгрызть жизнь атакующего его существа до последней капли!