Книга На границе империй. Том 10. Часть 17, страница 25 – INDIGO

Взгляд у него был не встревоженный, а собранный, почти отстранённый, как у разумного, который знает больше, чем имеет право сказать. Китель сидел на нём безупречно, как и всегда, но вице-адмирал успел заметить лёгкую испарину на висках, деталь, которая не вязалась с напускным спокойствием собеседника.

— Отбой тревоги, вице-адмирал, — произнёс он ровным голосом, подойдя к вице-адмиралу, и после этих слов у всей смены на миг замерли руки над панелями, а кто-то из молодых офицеров даже привстал, обернувшись и совершенно не понимая, что здесь происходит. Один из связистов торопливо опустил взгляд обратно к экрану, будто испугавшись, что его сочтут любопытствующим не по чину. — Приказываю снять боевую готовность станции. Немедленно.

Вице-адмирал посмотрел на него, но не шевельнулся. Он сидел неподвижно, глядя на вошедшего с тем спокойным, изучающим выражением, которое за годы штабной службы стало для него второй натурой, с выражением старшего офицера флота, привыкшего взвешивать каждое слово, прежде чем облечь его в приказ.

— При всём уважении, — сказал он наконец, и голос его прозвучал совершенно спокойно, — мне устного распоряжения недостаточно, чтобы я снял боевую готовность станции при неопознанной угрозе на подходе. К тому же ты мне не начальник, и я не обязан выполнять твои приказы.

Что-то дрогнуло в лице начальника СБ, едва заметно, но вице-адмирал за длительные годы совместной службы научился читать это по его лицу не хуже сводок разведки. Раздражение? Или, может, что-то похожее на невольное уважение к упрямству, которого он не ожидал встретить именно сейчас, в разгар тревоги.

— Приказ пришёл по особому защищённому каналу имперской канцелярии, — ответил начальник СБ. — Расшифровка займёт время, которого, возможно, у нас нет. Вы рискуете сорвать график, установленный на самом верху.

— Тогда я буду стрелять, а потом будем разбираться, что и как, и я не позволю никому даже близко приблизиться к станции, — отрезал вице-адмирал, не отводя взгляда, встретив осуждающий взгляд начальника СБ с явным вызовом.

— Искин, статус кораблей на подходе? — спросил начальник СБ, резко развернувшись к тактическому столу, будто ища поддержки у беспристрастной машины там, где не получалось убедить живого офицера.

— Оружейные системы находятся в пассивном режиме, — отозвался искин, и на голографическом дисплее развернулась подробная схема трёх приближающихся кораблей: контуры корпусов, россыпь тепловых меток вдоль бортов, силуэты орудийных башен в убранном положении. — Признаков подготовки к атаке не зафиксировано. Тепловые сигнатуры орудийных батарей соответствуют дежурному, а не боевому режиму. Основные реакторы работают на пониженной мощности, характерной для обычного полёта, а не для боевого маневрирования.

— Слышите? — начальник СБ шагнул ближе к тактическому столу, и в этом движении было что-то нетерпеливое, почти лихорадочное. — Пассивный режим. Угрозы нет. Отдайте приказ, вице-адмирал, и покончим с этим.

— Пассивный режим — это совсем не то же самое, что дружественные намерения, — возразил вице-адмирал, не отступая ни на шаг от своей позиции. — Я не собираюсь рисковать станцией и своими подчинёнными. Я не получал никаких приказов от своего непосредственного командования. Значит, это враг, и этот враг будет мной уничтожен!