Книга На границе империй. Том 10. Часть 15, страница 110 – INDIGO

— Приготовься открыть огонь по станции.

Пауза была короткой, но весомой одна из тех пауз, которые говорят больше слов.

Кира Вэнс оторвала взгляд от пилотской консоли и полностью обернулась и посмотрела на меня. Её волосы, выбившиеся из-под форменной заколки, прилипли к виску вследствие напряжённого боя, во время которого некогда поправлять причёску. На лбу блестели небольшие капли пота, и при свете экранов лицо у неё было чуть бледнее обычного. Её широко посаженные глаза смотрели на меня с тем особым выражением, которое бывает у разумного, когда слова командира физически дошли до ушей, но смысл услышанного мозг отказывается принять за осмысленный приказ, так как и выполнять этот приказ совершенно непонятно. Она удивлённо посмотрела на меня, а у меня появилось ощущение, что волна непонимания прошла по всей рубке. Дрейтон замерла над аналитической консолью, её пальцы повисли в воздухе, и она, как Вэнс повернулась и посмотрела в мою сторону. Корсак, резко подняла голову от навигационной панели и посмотрела в мою сторону. Оба аналитика также синхронно посмотрели на меня, и у всех во взглядах было одно и то же: растерянность, граничащая с тревогой.

— Что я должна сделать? — уточнила первый пилот. В её голосе не было ни дерзости, ни возражения, ни попытки поставить под сомнение — только откровенное, почти детское непонимание разумного, который уверен, что неправильно расслышал приказ.

— Я что, непонятно выразился? — ответил ей спокойно, не повышая голоса, глядя прямо в её глаза. — Готовься открыть огонь по станции!

— Да, искин, — произнёс я уже для всего корабля, чтобы слышала не только рубка. — Передай мой приказ абордажной секции линкора: всем абордажникам вооружиться по полной программе в тяжёлую броню, взять штурмовое снаряжение, аварийные комплекты и эвакуационные комплекты и срочно прибыть к абордажным ботам на лётную палубу. Я сам сейчас туда подойду.

— Принято, командующий, — немедленно отозвался искин — своим ровным синтетическим голосом, лишённым интонаций, колебаний и оценок.

Мои ноги уже несли меня к выходу из рубки.

— Но командующий, — голос Вэнс настиг меня у самой двери — натянутый, как трос под нагрузкой, балансирующий на грани между вопросом и возражением. — Это же наша станция. Как по ней стрелять? Там наши разумные?

Остановился. Глубоко вздохнул. Медленно обернулся. Посмотрел на Вэнс и на остальных, на глаза и один вопрос в этих глазах. Молодые лица, первый настоящий бой за плечами, усталость в глазах, пот на висках, и первый настоящий приказ, в котором логика вроде бы отсутствовала начисто. Они удивлённо смотрели на меня. Все. Даже те, кто делал вид, что не смотрит. Даже Толли у своей панели один наушник незаметно сдвинул назад, чтобы лучше слышать.

— Молча, — ответил ей. — Получишь мой приказ — и ты его выполнишь.

Пришлось вернуться. Вышел к центру рубки. Где на главном тактическом экране всё ещё висела схема сектора: астероид со станцией. Только теперь я смотрел на него иначе. Не как на цель для абордажа. Как на задачу, как орешек с несколькими переменными, который надо расколоть.

— Вот, — сказал я.

Искин немедленно развернул на большом экране схематическую карту станции — ту самую, которую Кэрстон успел передать до обрыва связи, дополненную нашими данными наружного сканирования: контуры помещений, оценочные объёмы, предполагаемые переборки, обозначенные пунктиром там, где сканер не пробивал породу. Несколько секунд я смотрел на неё молча. Честно говоря, она напоминала что-то изгрызенное изнутри — как старый фрукт, который грызли хаотично, совершенно не заботясь о симметрии результата. Коридоры ветвились в стороны без видимой системы, тупики упирались в технические отсеки, из которых снова уходили тоннели в совершенно неожиданных направлениях — под углами, которые не диктовались ни логикой, ни удобством передвижения. Впрочем, чего ещё можно было ожидать от учёных, которые строили это постепенно, по мере необходимости — они не военные, у них нет привычки думать о планировке как о тактической задаче. У них сегодня понадобился лабораторный отсек — пробили вправо. Завтра понадобился склад — пробили вниз и налево. Послезавтра выяснилось, что нужен ещё один выход — и пробили туда, куда было ближе.