Книга Дикарка для Альфы, страница 91 – Рая Вельс

Аркадий сделал шаг ближе к столу, достал телефон, разблокировал экран и молча положил аппарат перед Мирославом.

— Посмотри сам.

Старик нахмурился, неторопливо пододвинул телефон ближе к каминному свету. Его взгляд упал на снимок на экране — и старый вожак на мгновение замер, даже забыв перевести дыхание.

Морщины на его лбу разгладились, а в потеплевших глазах вспыхнуло чистое изумление. Он медленно поднял взгляд на Аркадия.

— Елена?..

Аркадий едва заметно качнул головой, удерживая рвущийся из груди вздох.

— Нет. Это Нея.

Мирослав снова уставился на экран, теперь всматриваясь жадно, до мельчайших деталей. В юный овал лица, огромные синие глаза, светлые волосы, в ту самую гордую линию скул, которую невозможно было перепутать ни с чем.

— Пресвятая Луна... — едва слышно прошептал старик. — Черты Елены... Ей-богу, вылитая мать.

— Я увидел то же самое, — глухо проговорил Аркадий. — Мне хватило доли секунды. Семнадцать лет, Мирослав... Семнадцать лет я не знал, как она выглядит. А увидел — и земля ушла из-под ног.

Его палец на мгновение повис над стеклом экрана.

— Никакая химия не способна выжечь эту кровь. Она дочь Елены. Моя дочь.

Мирослав ещё долго всматривался в снимок, словно пытался разглядеть в этой взрослой, испуганной девушке того крошечного трёхмесячного волчонка, которого когда-то искало всё Братство. Затем тяжело откинулся на спинку кресла.

Подперев подбородок поджатыми пальцами, старый вожак посмотрел на Аркадия с горькой, мудрой рассудительностью:

— Ты пришёл сюда, чтобы я поднял шлагбаумы и дал твоим людям свободу действий на наших землях. Но я больше не Альфа, Аркадий. Я уступил дорогу Дамиру. Моё слово ещё имеет вес среди старейшин, но отдавать приказы охотникам или пускать чужой клан через кордон я не вправе. Закон есть закон. Меня выслушают, но приказ Дамира ради меня никто не нарушит.

Аркадий сжал челюсти так, что на скулах заиграли желваки.

— И ты предлагаешь мне сложить руки и ждать?

— Я предлагаю тебе набраться терпения, которого тебе так не хватает, — твёрдо выделил каждое слово Мирослав. — Дамир сейчас на дальних границах, разбирается с дикими. Без его прямого ведома и согласия ты не сможешь официально шагнуть на территорию Южных с отрядом. Если пойдёшь напролом — прольётся кровь, и вспыхнет война.

— Я пришел за своей дочерью! — глухо рыкнул Аркадий, и зверь внутри него на мгновение показал клыки.

— И ты заберёшь её, — перебил его старик — спокойно, с несокрушимым авторитетом бывшего Альфы. — Но по Закону. Подожди. Дамир вернётся со дня на день. Я лично попрошу его встретиться с тобой здесь, на нейтральной полосе. И он тебя выслушает. Но пока — не ломай то, что мы строили годами, Аркадий Вольфович.

Аркадий несколько секунд тяжело смотрел на старика, укрощая бушующий внутри пожар. В словах Мирослава была ледяная, трезвая логика. Сорваться сейчас и пойти войной — значит снова подставить под удар Нею.

— Хорошо, — процедил вожак Северных, забирая со стола карту и дневник. — Я подожду. Но имей в виду, Мирослав: если твой внук затянет с возвращением, я зайду на ваши земли без приглашения.

— Он вернётся, — тихо ответил Мирослав Григорьевич, склонив седую голову.

Дорога до гостиницы заняла около получаса. Ночной город встретил Аркадия редкими, одинокими фонарями и глухим молчанием. Вернувшись к себе в номер, вожак Северных даже не стал включать свет.