Книга Священный город бога-предателя, страница 23 – Лия Арден

Афшан вытянулся вдоль стены.

— Ты забыл моего отца, Афшан? Забыл, как моя семья спасла тебя от хетрейцев, как приютили и не выдавали врагу? Запамятовал, как звали моих сестёр? А ведь Даури была в тебя влюблена. – Он с горечью выплюнул последнее слово. Афшан не пытался возразить, зная, что заслужил жестокие обвинения. – Всю мою семью и даже слуг вырезали, как скот, за то, что они ничего о тебе не рассказали. Сестёр увели в гарем! Помнишь, что стало с ними дальше, Афшан?

Мареш слабо кивнул, прикрыв глаза. Он хотел бы забыть, но не имел на это права.

— Они предпочли смерть заточению в Хетре, смерть вместо жизни в постели их царя, – сквозь зубы всё-таки напомнил Керуш, стискивая одежду на груди Афшана. Он резко встряхнул мареша, заставив вновь открыть глаза и вернуться в реальность. Раньше при таких разговорах Керуш мог выйти из себя и ударить, что часто и происходило, но уже годы он держит себя в руках и не вымещает ярость на Афшане, хотя тот виновен в гибели его семьи.

Когда Афшану было двенадцать, летом шли обильные, губительные для посевов дожди, а последующий разлив реки Кэллы уничтожил основную часть урожая. Фарсида оказалась на пороге голода, с едой было плохо уже не первый год. Тогда царь Фарсиды подавил гордость и попросил помощи у соседа – царя Хетры и отца нынешнего правителя Малека Азура. Тот согласился, но поставил условие. Вполне обоснованно они потребовали прислать им наследника в качестве гарантии. Конечно, они говорили о Сарваде, понимая, какое давление окажут на Гардана Парси, но не написали нужного имени в условиях, не подозревая, что у Гардана есть Афшан – сын хетрейской наложницы.

Говорят, она была красивой и вполне спокойно жила в гареме, стараясь не раздражать других женщин, обладающих большей властью. Её терпели, пока она не понесла. Ей удалось родить, потому что у царя было мало наследников и каждую беременную наложницу оберегали как зеницу ока. Не будь у неё стражи, отравили бы ещё в первые месяцы.

Любая наложница, родившая ребёнка, моментально обретала влияние и вес в гареме, но мать Афшана понимала, что без ребёнка в животе её саму прекратят охранять, а власть не спасёт её от лезвия у горла. Фарсидки в жизни не примут возвысившуюся хетрейку. Она родила Афшана, набрала драгоценностей и сбежала. Афшану неизвестно, жива ли она и даже как её зовут.

Хотя отец и был вначале рад очередному сыну, но радость быстро сменилась раздражением, поскольку каждый визирь беспрестанно напоминал о том, что половина крови Афшана – от хетрейских предателей и последователей Ируги.

Гардан не знал, что делать с мальчиком, и тот жил во дворце, вверенный няням. Сарвад тоже воспринял его появление без воодушевления. Афшан жил под одной крышей с братом и отцом, но в их присутствии постоянно чувствовал угрозу и собственную никчёмность.

Когда пришло условие от хетрейцев дать им наследника в качестве залога, Афшан оказался как нельзя кстати. Его отправили врагам, разодетого в пышные одежды, со свитой и в компании четырёх мальчиков схожего с ним возраста. Якобы его друзья – дети знати Фарсиды. Ныне они все мертвы.

Афшан прожил в Хетре полтора года, отец не торопился его вытаскивать.

Десять лет назад Афшану удалось бежать не только из дворца в Хетре, но даже из самого города. Чудом он добрался пешком до границы, был ранен и голоден, когда оказался на пороге дома бывшего генерала Руана Хариза.