Книга Любовь Исопа. Том 1, страница 58 – Ким Онхи

«Ой, нет, надо было ртом пить, а не носом!»

Мингён попыталась перехватить его руку, но было поздно. Исоп уже сделал глубокий вдох.

— Твою ж!..

Он инстинктивно прикрыл рот ладонью: похоже, его едва не вывернуло от одного запаха.

— Приятный запах? Это, по-твоему, приятно?!

Он оттолкнул кружку и в упор уставился на Мингён – в его взгляде читалась ярость. Если честно, запах и правда был не из приятных даже для привычной ко всему Мингён.

Что же госпожа Сонэ туда положила, чтобы отвар стал таким густым и маслянистым? Казалось, туда перетерли оленьи рога, добавили медвежью желчь и что-то от тюленя. Материнская любовь получилась слишком концентрированной.

Мингён выдала жалкое оправдание:

— Вам не понравилось? А мне такой аромат по душе.

— Тебе это нравится? – ледяным тоном переспросил Исоп.

— Мне…

— Послушай, начальник Кан. Неужели я кажусь тебе настолько никчемным, что ты решила поиздеваться надо мной с этой детской кружкой?

Похоже, Исоп по-настоящему разозлился: через его приоткрытые губы проглядывали крепко сжатые зубы. Разгневанный Тхэ Исоп был опасен. В этой ситуации Мингён и правда нечего было возразить, оставалось только мысленно сетовать на чрезмерную заботу его матери.

— Кан Мингён, отвечай. Тебе действительно нравится этот запах?

— Да… это же мускус.

— Что?

— Запах мускуса. Мне показалось, он похож на ваш парфюм. Поэтому я и подумала, что вам понравится.

Это был поток полнейшего бреда. Оленьи рога, струя кабарги, мускус – все это примерно одно и то же. На этом находчивость Мингён иссякла. Она почувствовала, как щеки заливает румянец от собственной нелепой лжи.

Исоп, выслушавший глупое оправдание Мингён, замер, желваки на его лице дрогнули. Он издал короткий смешок, похожий на вздох, и пристально посмотрел на нее.

— Совсем страх потеряла, Кан Мингён.

Он внезапно выхватил кружку и припал к трубочке. Исоп пил, не останавливаясь, пока его щеки не впали. На лбу отразилось мученическое выражение. Мингён поспешно сорвала обертку с мятного леденца. Как только он отстранился от трубочки, она протянула ему конфету.

Губы Исопа, похожие по форме на клюв птицы, подхватили леденец. Раздался негромкий чмокающий звук. Белый круглый леденец исчез за его алыми губами. Мингён скосила глаза на свой указательный палец – туда, где только что коснулись его губы. Кончики пальцев и запястье пронзило странным разрядом тока, и она невольно спрятала руку.

Их взгляды встретились. Исоп перекатывал конфету за щекой и смотрел на нее с вызовом, словно спрашивая: «Ну и что дальше?» Мингён никак не могла перестать пялиться на его губы.

— Чего смотришь? Конфету хочешь? Тогда допивай отвар сама.

Исоп низко рассмеялся. Мингён снова почувствовала тот же самый укол где-то глубоко внутри, от локтя до подмышек.

— Вовсе нет.

Она подхватила комичную кружку и поспешно отвернулась. Ей казалось, что взгляд Исопа жжет ей спину, поясницу и опускается все ниже.

«Это просто воображение. С чего бы ему на меня смотреть?» – мысленно твердила она самой себе.

Вечер пятницы, которая ощущалась как четверг. Мингён еще раз проверила график на субботу. Глядя на гору дел, которую Исоп подкинул ей во второй половине дня, она почувствовала, как внутри закипает глухое бешенство.

И это произошло сразу после того, как он с таким пафосом выпил целебный отвар! В этот раз она принесла ему мятные леденцы, заранее освободив их от оберток и выложив в маленькую вазочку в форме цветка. Как только Исоп залил в себя снадобье, она сразу протянула вазочку. Но он даже не прикоснулся к конфетам. Напротив, нахмурился еще сильнее.