Книга Любовь Исопа. Том 1, страница 40 – Ким Онхи

— Доброе утро, директор.

«Еще бы, это только у тебя. Кожа аж сияет. Хорошо провела ночь, выспалась, и похмелья, похоже, нет», – подумал он.

Сидя впереди, Мингён повернула голову и начала рабочий отчет. Не хотелось ни видеть ее, ни слышать. Раздражение поднялось волной. Ночной кошмар все еще не отпускал, а в груди и животе все сжалось в тугой узел.

Вот дерьмо.

Он планировал немного потерпеть Мингён из-за давления со стороны Сонбэкчэ, а потом отстранить ее от должности личного секретаря, но теперь понял, что этот момент придется ускорить.

Исоп описал пальцем полукруг.

«Отвернись. Не суй ко мне свое лицо, свой голос, свое дыхание. Кан Мингён».

Забежала рано утром, только переоделась и ушла. Прости за поздний ответ.

Мингён написала Сеа с задержкой часов в пять, поэтому решила добавить извинения. Она прочитала сообщение раньше, но возможности ответить не было.

Посмотрев на время, она увидела, что обеденный перерыв уже прошел, но Тхэ Исоп не шевелился. Мингён встала, глядя на часы. Нужно спросить, принести ли еду, и еще…

Мингён украдкой взглянула на бумажный пакет под столом. Там лежал тренч Исопа. Около двух часов назад его доставили из химчистки отеля.

Она поставила пакет слева от стола, вплотную к ножке, но каждый раз, когда она шевелилась, касалась пакета ногой. Мингён вздрагивала, отодвигалась правее и меняла позу.

Но даже после этого левую ногу почему-то покалывало. Словно между пакетом и ногой пробегало статическое электричество: они отталкивались и притягивались, действуя на нервы.

Нужно было постучать в закрытую дверь и зайти без колебаний, но из-за вчерашнего позора ладони потели. Мингён вытерла их о юбку и глубоко вздохнула.

Тук-тук. Она немного подождала и постучала еще раз.

— Да.

Услышав ответ Исопа, она взялась за ручку и повернула ее. Холодный гладкий металл словно прилип к горячей ладони.

Мингён медленно открыла дверь и вошла. Исоп сидел за столом и смотрел на нее. Его слегка приподнятая бровь безмолвно спрашивала: «Что?»

— Директор, принести вам обед?

— Нет.

Исоп встал с кресла. При звуке отодвигаемого стула Мингён невольно сжала кулаки. Исоп надел висевший пиджак и подошел к ней широкими шагами. Оказавшись прямо перед ней, он посмотрел на Мингён и застегнул пуговицу пиджака.

— Хочешь сказать что-то еще?

При виде лица Исопа нелепая и постыдная встреча прошлой ночью всплыла в памяти еще ярче. Уже одного этого было достаточно, чтобы умереть от стыда, но хуже всего было то, что Мингён не помнила всех деталей. Воспоминания были отрывочными, как мазки акварели на холсте. Мингён заговорила максимально официальным тоном.

— Что делать с вашим тренчем, директор?

— А, это.

Исоп слегка поморщился, словно учуял неприятный запах.

— Ах, простите. Правда, я очень-очень виновата, – пролепетала Мингён, низко поклонившись. – На химчистку потребовалось время, поэтому я не смогла отдать его утром, перед началом работы.

— Химчистка? Тебя что, вырвало на него?

— Что?

— Учитывая твое вчерашнее состояние.

— Нет. Конечно, нет. Если вы не против, я положу его в машину заранее.

— Нет, принеси сейчас.

Исоп протянул руку. В тот момент, когда ее взгляд упал на сгибающийся длинный палец директора, в голове внезапно всплыла сцена. Чтобы унять гулкие удары сердца, Мингён резко втянула воздух и задержала дыхание.