Книга Любовь Исопа. Том 1, страница 20 – Ким Онхи

— Мам, ты просто не знаешь, что острые подбородки сейчас в тренде. Люди деньги платят, чтобы такой сделать.

— Молодежи нынче нравится совсем странная внешность.

Сеа прервала диалог матери и дочери, снова всунув свое лицо в кадр.

— Мамулечка, я очень хорошо кормлю Мингён. Вот только вчера я поздно пришла, и она не смогла поесть. Сегодня буду кормить ее вашими панчханами три раза в день. Вчера, когда распаковала посылку, я аж танцевала от радости. Плечи сами заплясали. Кимчхи из стеблей и листьев горчицы, чоткаль ^[7], перчики в остром соусе. Да лучше и быть не может! Начнешь есть – и невозможно остановиться. Еще и чуть острее, чем в прошлый раз. Жареный сушеный минтай получился просто объедение. И сушеная зелень в соусе неплоха. Да-да, сухого льда было достаточно. Матушка, Мингён рассказала, что ее перевели в другой отдел, поэтому она была так занята. Да, доверьтесь мне. Я приготовлю для нее супчик по вашему рецепту и пришлю вам фотографии, как она ест. А затем засниму пустые тарелки и тоже вам покажу.

Сеа проявляла свое безумное дружелюбие на полную катушку. Мингён приложила ладонь ко лбу. У ее мамы, наверное, аж во рту пересохло: она похвалила Сеа еще пару десятков раз. Удивительно, что девушка из богатой семьи может быть такой милой, жизнерадостной и вежливой.

Ее бодрость и дружелюбие всегда были на таком уровне, о котором Кан Мингён и мечтать не могла.

Мингён допивала кофе под радостную болтовню. Сеа была красивой, стильной и классной, но иногда хитрющей, как лиса. Она явно что-то задумала…

Закончив длинный разговор, Сеа посмотрела на Мингён и хихикнула:

— Я прикрыла тебя перед мамой? Сказала, что ты очень занята. Следующие три недели можешь не звонить, она слова не скажет.

— И что?

— Теперь ты прикрой меня перед моей мамой.

— Ты опять с ней поссорилась? Напиши мне сценарий, что нужно говорить. Если она позвонит, я отвечу.

— Дело не в этом…

Сеа сделала паузу и отхлебнула кофе.

Они дружили с первого курса университета, уже больше десяти лет. Стали настолько близкими подругами, что понимали друг друга с полуслова. Если Сеа так себя ведет, значит, просьба будет сложной.

— Говори быстрее.

— Ты ведь не едешь сегодня на работу, верно?

— Не еду. У исполнительного директора утром гольф, вечером семейный ужин. Вероятность, что мне нужно будет в офис, – менее пяти процентов.

— А, тот сексуальный мужчина? Директор управления?

Сеа подняла руки, изображая широкие плечи. Она подразумевала Тхэ Джунсопа, которого видела на фото. Сеа же знала, что Мингён уже в другом отделе. Что это за дружелюбное безразличие?

— Меня же перевели.

— А, точно. Наследный принц.

На этот раз Сеа изобразила руками стройное тело и тонкую талию.

— Он, вообще-то, мой прямой начальник. Поаккуратней с выражениями… – сказала Мингён, чувствуя слабый укол совести.

Ведь оценивать руководителя в собственных мыслях и слушать его характеристику от подруги – разные вещи.

— Извини. Считай это эстетическим чутьем или профдеформацией. Но на мой личный вкус, на принце одежда сидит лучше. Фигура как у западной модели.

Словно оправдывая свою профессию модного редактора, Сеа начала перечислять достоинства фигуры Тхэ Исопа, размер его лица, черты и пропорции. Мингён потерла ухо и прервала серьезный анализ Сеа.