Книга Арабский кофе со сливками, страница 185 – Евгения Романенко

Светлана нахмурилась и неодобрительно поджала губы. Раньше он бы хоть что‑то почувствовал от такого её взгляда, а сейчас… Его накрыло какое‑то подозрительное спокойствие. Больше эта женщина, сидящая на стуле рядом с его койкой, его не волновала.

— Вов, католическое Рождество было 25 декабря, а вчера уже было 29‑е! — с укором произнесла Света. — И зачем ты выгнал Асю? Девушка сидела с тобой всю ночь, а ты её прогнал! Нельзя быть таким бессердечным.

Владимир скривился. Внезапно его кольнуло странное беспокойство за темноволосую девушку. Эта резкая перемена чувств изрядно напугала. Он замер, вытянувшись под одеялом.

— Ты вчера не пришла, — мрачно заметил Владимир и скривил губы в подобии улыбки.

— Вовка, я тебе тысячу раз говорила, что не люблю тебя. Ты звал меня в невесты, — тихо сказала Света и с мягкой улыбкой продолжила: — Прости. Но я люблю другого мужчину. У меня ребёнок, в конце концов. Я благодарна тебе за всё, что ты для меня сделал, честно… Но…

— Ты любишь родного отца Никитоса? — перебил он.

— Да, его, — она кивнула и с какой‑то щемящей нежностью посмотрела на закрытые двери палаты, словно этим жестом обозначая, что за ними находится её избранник.

Владимир задохнулся от возмущения — но не от ревности, и это его определённо удивило.

— Но он же бросил тебя! Одну, с ребёнком!

— Не по своей воле, — кротко улыбнулась Светлана и откинула за спину золотистую прядь. — Вов, я люблю его. Настолько, что готова быть с ним на любых условиях. Правда, я ему этого не говорю, — она коротко кивнула в сторону двери. — Фар там, с Никитой.

— Он оставил тебя одну, лицом к лицу с соперником? — иронично заметил Владимир и криво ухмыльнулся. Он так привык ревновать Свету к каждому столбу, что теперь не знал, как относиться к этой подозрительной пустоте в душе.

— Угу, — она коротко кивнула и тихо рассмеялась — счастливым, лёгким смехом. — Но после долгой и доверительной беседы.

Владимир удивлённо посмотрел на Светлану. Он никогда ещё не видел её такой счастливой. И отчего‑то разозлился на собственную самонадеянность: его решимость во что бы то ни стало завоевать эту женщину явно выходила за все разумные границы. «Глупец», — подумал он.

— Он бросил тебя, — невпопад повторил Владимир и напряжённо замолчал, глядя на свою загипсованную ногу.

Светлана не знала, как вести себя с таким Владимиром. Она скорее чувствовала, чем видела, насколько он изменился. Нахмурившись, она с дружеской тревогой всматривалась в его спокойное лицо. Разговор не клеился: она не знала, что сказать, а он старательно избегал её настойчивого, полного участия взгляда.

— Вова, что‑то не так? — прошептала она. — Ты какой‑то не такой.

— Всё нормально, — равнодушно ответил он. «Интересно, когда начинается любовь и когда она заканчивается?» — философски пронеслось у него в голове.

— И всё же, — настаивала Света, обескураженная этим новым, почти безразличным Владимиром. — Что‑то случилось?

Как бы там ни было, чувства этого мужчины если и не радовали её, то точно питали самолюбие. Но в этом она не призналась бы даже под пытками.

— Случилось, — так же тихо ответил Владимир и ровным голосом добавил: — Света, мне кажется, я больше не люблю тебя…

На миг Светлана замерла, обхватив ладонями колени. Она часто заморгала, будто пытаясь до конца осознать сказанное. Глядя на своего бывшего ухажёра, она вдруг ощутила огромное облегчение. Света уже открыла рот, чтобы что‑то сказать, но не успела: в палату вихрем влетел Никита и с криком: