Книга Люди без гордости, страница 71 – Светлана Алимова

— Так что в итоге вышло с башней? Как ты стал бардом?

— Мне надоело ломиться в закрытую дверь и вариться в презрении окружающих, считавших меня обманщиком, — вздохнул Гай, — я же эмпат, я не мог от этого защититься. Почти все обитатели башни решили что я просто выдумал свои волшебные осколки, чтобы сохранить особое положение в башне. Но архимаг Эскалиос мне верил и тщательно конспектировал их сюжет, убеждая, что мне предназначена великая судьба. Я — особенный. Будущий могучий маг, который ни одного заклинания сотворить не мог. К двадцати годам я понял, что он просто ошибся и из упрямства не желает этого признавать. Я вызывал у него все больше раздражения своей “несговорчивостью” и устав от всеобщего презрения, решил пойти своим путем. И ушел из башни, а Эскалиос даже не пытался меня разыскать. Полагаю, мой уход стал для него облегчением. Но на своем пути я тоже не преуспел: я люблю свои песни, но они средние и невыдающиеся. Их обычно любят только те, кому я сам нравлюсь.

— Херню несешь. Отличные у тебя песни! Под них здорово танцевать и их весело петь! — возразила Рамона.

Гай хмыкнул и выразительно посмотрел на нее: в этот момент они лежали в обнимку в постели и Рамона была полностью удовлетворена.

— И что? Раз я тебе давала мое мнение не считается что ли? — парировала она.

— Конечно считается. Но так-то я по всем параметрам неудачник: ничего не добился даже в избранном мною ремесле и сижу на чужой шее.

— С тобой трахается самая горячая женщина во всей округе. А содержит тебя парочка лучших людей в этом мире. Я бы тоже так хотела жить, да кто ж меня возьмет? Так что ты до хрена удачливый и успешный, Гай.

Он засмеялся, но ему стало приятно. С Рамоной было легко и весело, она была простой, сильной и цельной натурой. Хоть и расколол ее проклятый Бритт и подтолкнул к дурному пути.

— Рамона, а что ты чувствуешь к Бритту?

— Ненавижу этого урода. Убила бы. Жаль, он уже сдох.

— Но ты ведь любила его. В нем было что-то что заставило тебя пожертвовать ради него всем.

Рамона поморщилась:

— У него был огромный член и умение им пользоваться. Он хотел меня, как безумный и мне это льстило. Вечно что-то устраивал: то в окно ко мне влезет, то драгоценностями осыпет, то изобьет кого-то просто за один косой взгляд на меня. Меня как-то в таверну одну перестали пускать, после пьяной драки в ней. Я сказала Бритту: “Хочу чтобы в нее вообще никто не ходил и она разорилась”. Так он с дружками туда наведался, вышвырнул всех посетителей и пригрозил убить любого, кто зайдет туда выпить. И трактирщика, если посмеет хоть кого-то обслужить. И та таверна действительно разорилась. Мне казалось, я — самая обалденная женщина в мире, раз ради меня такое творят. Слишком поздно поняла, что Бритту просто нравились такие выходки и он умел дурить женщинам головы.

Они оба замолчали. Гай ничего больше не спрашивал, но Рамона прижалась щекой к его груди, поцеловала ее и сказала:

— А с тобой мне очень хорошо. Как в теплой ванной или под теплым одеялом. Спокойно так. Приятно. Можно расслабиться и ни о чем не думать. Всегда, даже когда мы не трахаемся.

— Спасибо.

Гай грустно улыбнулся: Рамона истосковалась по простому человеческому отношению. Она горячая, ей легко было угодить в постели, вот он и хороший. Но что будет когда Эскалиос вышвырнет их из башни? Куда пойдет Рамона? Придется ли Гаю уйти с ней? Но он хотел вернуться домой, к Ксении, Альвару и Джозефу. Однако тогда Рамона останется одна, отвергнутая всеми. Значит, он должен отказаться от всего, чтобы она не лишилась человеческой поддержки и любви, без которых бессмысленно сгинет в попытках штурма башни? Но Гай не хотел уничтожать всю свою счастливую жизнь только ради нее одной. Он даст ей то что может, а не то что должен. А потом постарается забыть что мог бы сделать больше, но не захотел рисковать.