Книга Люди без гордости, страница 32 – Светлана Алимова

И вот их совместное путешествие близилось к концу.

Рамону охватила тоска.

Ей предстояло покинуть единственного друга, что продолжал видеть в ней человека и отправиться в свой долгий путь. Но стоило ей подумать о цели пути, как в ней вспыхивал огонь и желание свернуть горы. Цель была желанной. А когда Рамона чего-то хотела, она готова была заполучить это любыми способами. Она была сильной женщиной во всех смыслах этого слова и умела добиваться своего.

А Гай смотрел на нее и все никак не мог понять почему волшебный камень рейнпортского мага сработал в ее случае иначе, чем с Бетти, Виви и Мими. Ведь выделить один тип нуждающихся в его помощи людей было даже логично: в противном случае Гая мотало бы между старушками с тяжелыми сумками, детьми, потерявшими мяч и поссорившимися супругами. Он много кому мог помочь. А помогал в итоге трем женщинам-самоубийцам и беглой каторжанке. Значит, было какое-то условие, которому они все отвечали. Или смотреть нужно было с другой стороны? Им всем мог помочь лишь он один? А три попытки самоубийства были лишь совпадением?

А как камень начнет работать в руках своего настоящего хозяина, Нила Янга? Ведь Гай был лишь гонцом. Возможно, дело было в конечных целях рейнпортского мага, не желавшего забывать честного, порядочного, сильного, но начавшего избегать его “хорошего мальчика Нила”?

— Эй, позади нас мчат вооруженные всадники, — нахмурилась Рамона, правящая телегой, — лучше уступить им дорогу.

Бетти оглянулась и испуганно вскрикнула.

— Это Фортуа со свитой! Они меня заберут!

Рамона выругалась и подхлестнула лошадь, но было очевидно, что их нагонят до того, как они достигнут ворот города.

— Гай, что нам делать? — испуганно спросила Мими.

— Я не знаю! Рамона, есть идеи?

Она бросила взгляд через плечо и вдруг натянула поводья. Развернула телегу поперек дороги. Соскочила на землю и принялась распрягать лошадь.

— Бетти, Гай, садитесь на лошадь и мчите к воротам! Виви, Мими, сойдите с дороги и бегите ногами: вы им не нужны, вас не тронут! Давайте, живо!

— А ты?

— А я здесь задержусь, — коротко бросила она, проверяя метательные ножи.

И Гай вдруг понял, что она готовится умереть. Это желание взвилось над ней, как черный, пиратский флаг над идущим ко дну кораблем: сдохнуть человеком, чтобы стереть, уничтожить свои преступления. Чтобы Гай потом рассказывал: “Рамона спасла нам всем жизни, Альвар, и ее нужно похоронить по-человечески, она ведь оказалась вовсе не так плоха. Ты придешь на ее похороны? Вы же были друзьями. Да, она ошиблась, оступилась, но ведь погибла как надо…”. Рамона на секунду обняла себя за плечи, в последний раз ощущая рубаху Альвара на них. Мысленно попрощалась с ним. И обернулась к толпе всадников, готовясь снимать их метательными ножами.

А Гаю в глаза прилетел новый волшебный осколок.

Вот Рамона, почему-то с черными косичками и огромными, черными крыльями за спиной весело приземляется у его дома и зовет с собой посмотреть какое-то зрелище. Но у другого Гая дурное предчувствие насчет этого. Парой часов раньше Ксения прислала Вегу и на словах велела не приходить на арену. Кого в этот раз выставят на бой против непобедимого Бритта Безжалостного? Кого-то, кого Гай знал? Вега начала разговор с просьбы не задавать ни одного вопроса, иначе она вынуждена будет действовать очень жестко. У Веги черные, раскосые глаза Альвара, его же черные волосы, высокий рост Ксении и ее миловидное лицо. Она юна, но на тонкой талии висит меч, а под курткой скрывается легкая кольчуга: Вегу Гарсиа волнует только месть за отца и защита матери. Никакой романтики, беспокойства о будущем браке или сомнений в собственной привлекательности: все это неважно для нее. Нескладный, длинноногий смешной утенок вырос в прекрасную воительницу и сейчас она едва сдерживает мрачное торжество и предвкушение… чего? Спрашивать Гаю запретили и Вега легко его скрутит, если он вытянет из нее хоть что-то. Добрый дядюшка Гай для нее — угроза, а с угрозами Вега больше не церемонится. В ней что-то изменилось, но что именно Гай не понимает. Это влияние Джозефа, должно быть. Они друзья и много времени проводят вместе, а юный Джозеф Гая откровенно не любит. И Гай не решается задать нужный вопрос.