Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 94 – Анастасия Буянкина

Николина и Васса, похоже, были со мной солидарны: они наперебой принялись уговаривать девушку купить платье. Им вторил кое-кто из гостей распродажи. Да и сама подавальщица, покрутившись перед высоким, в полный рост зеркалом, которое захватили с собой Виктор и Алеко, пришла в восторг.

Ещё несколько золотых в копилку Темнотищевых, я полагаю.

Когда распродажа наконец завершилась, на парк медленно наползали сумерки. В воздухе разливалась песня соловьёв, и я застыла на месте, вслушиваясь в их щебетанье. Всё-таки я не так часто гуляла именно по вечера — а ведь зря, ой как зря! В это время парк особенно хорош.

В зелени деревьев, точно плоды, зрели и разрастались тени. Сейчас они были осторожны, но я знала: через пару часов захватят весь парк, как никогда могущественные под слабым светом звёзд. Темнота делала это место похожим на леса из древних легенд. В тамошних чащах жили существа, о которых в наши дни уже почти не вспоминали. Кто-то из них был добр и справедлив, другие — коварны.

Удивительно, какую шутку порой может сыграть с нами жизнь. Когда-то очень давно, в самом детстве, я мечтала, что повстречаю всех-всех диковинных созданий на свете, и злых склоню на свою сторону, а добрым стану вернейшей из подруг. Минуло сорок лет — и вот я мирно беседую с вампиром и обнаруживаю, что все слухи о кровососах и выеденного яйца не стоят.

В этот момент, наслаждаясь птичьими трелями и краем глаза наблюдая за тем, как понемногу собирают вещи Темнотищевы, я была не то чтобы счастлива — но, скажем так, удовлетворена тем, как складывалась моя жизнь.

За исключением одного маленького и крайне неприятного нюанса. Однако с ним уже пора было смириться — принять тот факт, что придётся молчать и ждать, когда Золотые Топоры отпустят Бозо.

Но что, если этого не произойдёт?..

Я тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. И вовремя: ко мне снова приближался Виктор.

— Вы остались до самого конца, — произнёс он с удивлением. — Честно сказать, не ожидал.

— Чаще всего я занята работой, так что… Не каждый день удаётся отдохнуть на природе.

— Отдохнуть? — чуть приподнял брови Виктор.

— Ну разумеется! Вас покупатели, должно быть, совсем измотали — а я получила чистое удовольствие, наблюдая за людьми. В такие дни чувствуешь себя писательницей, которая собирает материал для новой книги.

Он бросил быстрый взгляд на Вассу. Та была занята — запихивала в большой мешок оставшиеся платья, которые так и не удалось продать. Совсем немного, штук пять-шесть.

— Писательницей?

— Просто сравнение, ничего больше, — заверила я. — С моими заказами на такие хобби времени совсем нет.

— Вот как… Жаль, мне кажется, что у вас бы хорошо вышло.

— Вы этого не знаете, Виктор.

В его тёмных с проседью волосах запутался листок, и я с трудом удерживалась от того, чтобы потянуться к этой искорке зелени. Ну уж нет, Ида! Не позволяй себе лишнего, вы не так хорошо знакомы!

— Вы правы, не знаю. Но так подсказывает чутьё, а оно обычно не врёт. Кроме того, в вас есть что-то, — он прищёлкнул пальцами, явно пытаясь вспомнить нужное слово, — от мечтательницы.

Смешок сам собой сорвался с моих губ.

— Неужели?

— Абсолютно точно. По моему опыту, такие люди лучше всех рассказывают истории.

А ведь и правда. Если мечтаешь, значит, часто даёшь волю воображению — главному оружию писателя. Уж оно-то у меня было буйным, порой даже слишком. Временами я погружалась так глубоко в фантазии, что теряла нить беседы. Выходило ой как неловко.