Книга Кусадьба. Требуется горничная!, страница 46 – Анастасия Буянкина

Сама я привыкла выходить в большой мир с открытым сердцем и догадывалась, насколько сложно живётся, если даже не можешь снять броню, потому что она всегда была с тобой. Не думаю, что это касается и Вассы — иначе ей можно лишь посочувствовать, тем более что девочка хочет стать писательницей. Возможно ли сочинять правдоподобные истории, когда не способен «прожить» весь спектр эмоций за персонажа?

Николина тем временем понемногу приходила в себя. На негнущихся ногах, точно деревянная кукла, она дошла до кухни, плеснула воды в лицо, наскоро промокнула его полотенцем, которым я совсем недавно вытирала посуду — удивительно, не побрезговала.

— Он меня бросил, — тусклым голосом проговорила она. — Бросил, русалий сын. Ублюдок. Обещал, что мы сегодня весь день сможем провести вместе… А сам даже дверь не открыл.

— Твой молодой человек? — спросил Виктор осторожно.

Она тотчас вспыхнула.

— А кто же ещё! Да и вообще… Никакой он мне не молодой человек, он урод самый настоящий! Пусть катится к фениксам в пламя!

Только тут до меня дошло, что, наверняка похищенный, Бозо никак не мог предупредить Николину о своём исчезновении. А в дом вламываться она попросту не рискнула. Стояла на пороге и стучала до тех пор, пока всё-таки не поняла, что дома никого нет.

Выходит, на калитке тоже не было защитных чар — всё слетело. Сомневаюсь, что он успел переплести их так, чтобы они спокойно пропускали Николину в наш бывший дом. Интересно, интересно…

Маги, способные сбить с дома мощную защиту, конечно, существуют, но вот в Нирле таких отродясь не было. Всех сильнейших знали по именам, и до недавнего времени я была счастлива, зная, что Бозо тоже входит в их число.

Приезжий? Может, и так. Я давненько не заглядывала в университет — не приглашали. Весьма вероятно, что среди преподавателей появились новые лица. Учащихся в расчёт не берём: на этом этапе развития дара не найти человека, способного на нечто подобное.

Нет, бывают, конечно, исключения — чудо-дети, которые потом становятся знаменитыми на всю империю. Но их имена обычно тоже всем известны. Столь сильный дар невозможно подавлять долго. Рано или поздно (скорее рано) он явит себя.

— Погоди, Нико, — вдруг подала голос Васса. — Если он не открыл дверь, почему сразу «бросил»? Может, заболел и даже с кровати встать не может…

— Да конечно, заболел!

— А почему нет?

— Потому что он поганый колдун! Как будто никто не знает про их чудодейственные отвары от всех болезней!

На мгновение в столовой повисла такая тишина, что мне сделалось жутко. Николина прижала обе ладони ко рту. Казалось, она надеется: слова ещё не поздно поймать и втолкнуть обратно в глотку, вот сейчас, сейчас…

Я украдкой бросила взгляд на Виктора. Сердитым он не выглядел. Скорее разочарованным, и тут его можно было понять. Да, я находилась на противоположной стороне — но, будучи матерью, могу заявить: не знаю точно, пришлось бы мне по душе, встречайся моя дочка с вампиром.

Многие сказали бы: «Да как ты смеешь! Ты же своими глазами увидела, что с вампирами можно иметь дело! Они ничуть не опасны, это всё предрассудки!»

Предрассудки, не спорю. Но Переворот со страниц истории не стереть, как ни пытайся. Поколение за поколением мы растём, убеждённые, что вампиры — тираны, мучители, которые видят в людях лишь источник пищи. Я сорок семь лет прожила бесконечно далеко от столицы, однако выросла на историях про Хивера и Мириам, и этого уже не отнимешь. Нельзя вымарать одну область памяти.