Книга Моя запретная пара-перевертыш, страница 29 – Скай Олдер

Я ищу, с кем бы сразиться, но со стаями Романа, Арчера и Страйкера эта война почти окончена. Все больше и больше членов стаи «Черного Леса» останавливаются или сразу убегают. Мой волк улыбается.

Я рад, что наконец-то покончил с беспорядком и угрозами со стороны стаи «Черный Лес». По крайней мере, я знаю, что после всего этого Санни, мои друзья и я будем в безопасности.

Вскоре остались только Люк, его пара Шелли и его родители. Мы все кружим вокруг них, тесним их вместе, пока они не оказываются спиной к спине, и выхода нет. Люк скалит на меня зубы, но я вижу страх в его глазах.

«Может быть, нам следует быть с ними помягче», — думаю я, но потом я вспоминаю, как все они обращались с Арчером и Берком, когда мы были моложе. Я помню, как они угрожали нам. Как они пытались сжечь гараж Берка и ульи Хани. Я помню, как они преследовали Уэллса и Магнолию всего месяц назад, и я знаю, что мы не можем проявлять пощады. Они вернутся.

Мы все снова превращаемся в людей, и я смотрю на Арчера и Берка.

— Они ваша семья. Это ваш выбор, — говорю я им, и они кивают, переглядываясь.

— Они умрут, — говорит Арчер. Я не удивлен.

— Подождите! — Люк кричит, и я смотрю, как он пытается придумать выход из этой неразберихи. — Вы не можете этого сделать.

— И почему же? — спрашивает Берк, скрещивая руки на голой груди.

— Мы семья, — бормочет их отец, и я изо всех сил стараюсь сдержать смех.

— Вы пытались убить нас в последние несколько месяцев. Вы буквально начали эту борьбу сегодня. Мы не семья, — плюет на них Арчер.

— Вам не стоило покупать эту землю. Вы знали, что я ее хотел! — Люк наполовину скулит, наполовину кричит.

— Ты себя слышишь? — спрашивает Клифф, и он выглядит искренне обеспокоенным психическим состоянием Люка.

— Иди к черту! — он бурлит.

— После тебя, — говорит Берк. При этом он и Арчер перекидываются и бросаются к своей семье.

Остальные наши друзья изменяются и поворачиваются, чтобы вернуться к дороге, откуда они пришли, но Роман, Страйкер, Клифф, Уэллс и я стоим и смотрим, как братья дерутся со своей семьей.

Я уверен, что для них двоих — это катарсис, наконец, покончить с душевной болью и беспорядком, которые были в их семье и бывшей стае. Им не придется беспокоиться о том, что они появятся однажды ни с того ни с сего, захотят чего-то или каким-то образом отомстят, как только они перегруппируются.

— Нам придется убрать кровь и тела, — шепчу я Уэллсу, и он кивает.

— Да, я не могу допустить, чтобы Магнолия увидела это, — соглашается он.

Берк и Арчер возвращаются назад, их лица и грудь в крови. Я хлопаю в ладоши.

— Давайте уберемся, — говорю я, и все кивают и приступают к работе.

Мы очистили поле от крови и убитых или раненых за полтора часа, и я не могу дождаться, чтобы увидеть свою пару. Я знаю, что она в порядке, но я не могу успокоить своего волка, пока мы не увидим ее своими глазами.

Несколько членов ныне мертвой стаи «Черный Лес» возвращаются и извиняются, но я оставляю это Берку, Уэллсу и Клиффу. Мне нужно увидеть мою пару.

Я мчусь обратно в свою хижину и в нашу спальню. Дверь все еще закрыта, и я зову ее по имени, прежде чем открыть.

— Ты в порядке, — говорит Санни, бросаясь мне в объятия. Боже, я скучал по ней. Я расстроен тем, что моя маленькая девочка не слушалась меня, но чертовски рад, что она прижалась ко мне, прямо там, где ей и место.