Книга Ее домашняя нечисть, страница 62 – Александра Черчень

Странный зал мне инстинктивно не нравился. Очень хотелось обернуться и вылететь в одно из отверстий – сова вполне протиснется.

— Думаю, здесь проводили секретные обряды! – предположила ухмара, поочередно облетая колонны в виде вороны. – Ламиры в натуральном обличье обвивались вокруг колонн, по одному на штуку, и…

— Медитировали, – мрачно закончила я.

— Каким же богатым бывает женское воображение, – заметил Кайшер, продолжая свое занятие.

— Предлагаю выбраться наружу здесь! – заявила Пуся.

Вот! Только стоит вынести в клюве как минимум рубашку и штаны. Обувь я уже не удержу.

— Мне труда не составит, Айлин тоже пролетит, а ты можешь проломить потолок, – прикинула ухмара. – Или не можешь?

— Я ищу дверь, – кратко пояснил Кайшер.

— О… – многозначительно протянула Пусинда и все же вымелась в отверстие.

— Если хочешь, можешь тоже вылететь, – великодушно разрешил мне ламир. – Но осторожно. Там даже не лес.

— А что?

— Болота.

Иммерзильские, само собой? И лишь боги и демоны знают, не столкнусь ли я там нос к носу с какими-нибудь занятными эндемиками.

Вылетать на волю резко расхотелось. Еще и с одеждой морока. Подожду.

В ожидании я бродила по залу, рассматривая барельефы.

Барельефы на стенах явно были не просто украшения для. Это была история, высеченная в камне: ламиры, драконы, башни, мосты, какие-то торжественные процессии. Местами лица и морды стерлись, но общий смысл угадывался легко – здесь кто-то кого-то защищал, кому-то клялся и чем-то очень гордился.

Иначе на кой демон запоминать эти события в камне?

— Профессор! Можно спросить или отвлекаю?

Тяжелый и громкий вздох, видимо, означал реакцию на обращение.

— Спрашивай.

— А почему ламир всегда нарисован рядом с драконом, а между ними корона?

— Потому что в Ламирии было двоевластие.

— Серьезно?

— Абсолютно. – Он говорил и одновременно работал: касался камня, задерживал ладонь на резных завитках, иногда прикрывал глаза, словно прислушиваясь. – Изначально эта территория представляла собой набор мелких… княжеств, пожалуй. Почти как сейчас, собственно: если ты посмотришь на карту, то оборотнические территории по-прежнему раздроблены и человеческий король стоит над ними лишь номинально. Насколько хорошо ты знаешь древнюю историю, кстати?

— Настолько древнюю? Боюсь, что очень плохо.

— Тогда начнем издалека. – Его голос стал более низким, звучным, словно затягивая меня в далекое прошлое и рисуя картинки перед внутренним зрением. – Давным-давно, когда мир был молод и боги временами ходили меж своих творений, тут стоял прекрасный город – речная жемчужина севера, Иммерзиль. И прекраснее его был лишь Облачный Град, столица драконьего герцогства.

Облачный Град в целом и сейчас славился своей архитектурой и недоступностью, так как, во-первых, находился высоко, а во-вторых, драконы не особенно любили чужаков и туристическим центром его сделать не стремились.

— Если двоевластие, то почему Ламирия? – хмыкнула я.

— Потому что змеи хитры и коварны, – подарил мне усмешку ламир, продолжая методично ощупывать каменный стык между плитами. – А вообще потому, что изначально царь был один. Тогда же, в старые времена, работала вассальная система, и часть народов были под рукой ламиров, а часть под властью драконов. И верховный ламир, разумеется, ничуть не обрадовался внезапной перспективе делиться троном. Но ему пришлось. Хайвупуатлинен тогда решил, что два его самых сильных творения не могут враждовать и должны защищать всех остальных оборотней.