Книга Тайны старого замка. Гостья из другого мира, страница 1 – Татьяна Абалова

Лиза стояла с отцом у могилы матери. Они молча смотрели на памятник плачущего ангела. У него было лицо любимой жены и мамы, ушедшей, когда ее дочери исполнилось двадцать. В руках темноволосой девушки подрагивали белые розы, в руках отца — рослого мужчины с седыми висками, алые.

Он присел на корточки и, вздохнув, положил букет на надгробный камень рядом с эпитафией. «Мы верим, что ты ушла в мир своих фантазий». Елизавета стерла набежавшую слезу. Марина Верховская была известной писательницей, и ее книги до сих пор издавались и переиздавались.

— Пойдем, Лизун? — отец поднялся.

— Папа, подожди меня в машине. Я еще немного побуду здесь.

Он кивнул и неспешно направился к выходу. Лиза долго смотрела ему вслед. До тех пор, пока фигура в черном пальто не скрылась за поворотом. Положив свои цветы рядом с алыми розами, дочь погладила влажный после дождя могильный камень.

— Я люблю тебя, мама, — прошептала она и, больше ни на миг не задерживаясь, пошла в противоположную сторону от той, куда ушел отец.

Немного попетляв между могилами и выйдя на прямую дорогу, Лиза побежала. Холодный ветер раздувал полы распахнутого пальто и трепал волосы, но ей было жарко. Она торопилась к тому странному месту, куда ходила только с мамой. Впервые в далеком детстве, а в последний раз, когда мама уже знала, что ей осталось совсем недолго.

И всякий раз ритуал посещения старого склепа проходил одинаково: мама останавливалась у витой решетки, клала на нее ладонь, но не делала попытки открыть. Постояв так, брала дочь за руку и почти бегом покидала кладбище.

Лиза давно перестала спрашивать, к кому они приходят и почему мама не решается войти. Ей и самой не хотелось, чтобы ее вели туда, где виднелись массивные могильные постаменты. Слишком уж жутко выглядело старинное здание, вход в которое оберегала не только позеленевшая от времени решетка, но и парочка каменных горгулий.

Запыхавшись, Елизавета остановилась передохнуть у знакомой тропинки. В конце нее мрачно возвышался склеп. Решившись, Лиза пошла вперед. Разросшиеся за лето кусты цеплялись за пальто, словно не хотели пускать, но она не замечала их. Ее взгляд был прикован к горгульям. Ей всегда казалось, что они хмурятся, но сейчас их клыкастые пасти растягивались в улыбке. Будто соскучились. Еще бы. Их не навещали полтора года.

Лиза, как и мама, положила ладонь на кованную решетку. Затейливо изогнутые прутья были украшены резными листьями и цветами, похожими на лилии. Медь, покрытая зеленой патиной, холодила пальцы. Лиза уже хотела убрать руку, но что–то поменялось. По решетке прошла едва заметная дрожь, и девушка в испуге отпрянула.

Сжимая и разжимая замерзшие пальцы, Елизавета размяла их и снова прикоснулась к металлическому цветку. Ощущение было похожим на то, как если бы она лизнула батарейку. Только здесь слабый ток пощипывал не язык, а кожу на руке, заставляя сердце биться чаще. Чувство совсем не из приятных. Даже тревожных, побуждающих бежать прочь.

— Что я здесь делаю? — прошептала Лиза и, спрятав руку в карман, попятилась. — Пусть тайна останется тайной.

Но склеп решил иначе. Он со скрипом распахнул кованную дверь. Горгульи еще шире растянули пасти, показав клыки, ставшие тупыми от времени.