Книга Девятая жизнь Кота императора. Том 1, страница 60 – Николай Новиков

Это способ исчезнуть из восприятия, частично потеряв его и самому. Поэтому не могу поднять глаза, поэтому не понимаю, что творится вокруг! Цену Забвению платят все: и окружающие, и пользователь.

— А можешь прочитать, что тут написано? — я открываю часы и показываю их девочке.

— М? Не. Просто крышечка. И стрелочки стоят. А что? — поднимает она любопытные глаза.

— Нет… ничего.

«Собрат? Это про причастного Забвения? Но я точно не он! Уж что-что, но забвение — вообще не про меня! История помнит меня, я помню историю», — голова гудела, — «Но… кто тогда враг Забвению, способный увидеть эту зачарованную надпись⁈»

Чёрт… чёрт! А что делать? Я нашёл артефакт невероятной мощи, будто оставленный здесь именно для меня! Но часы не мои. Это подарок сиротам!

О котором… они забыли, стоило МНЕ его активировать.

Я снова смотрю на внутреннюю сторону крышки.

«Используй мою последнюю волю любящего отца»

«Помоги моей семье»

Нет… нет, здесь очевидное решение, которому всего лишь противится моя совесть.

Эти часы и не должны лежать в доме — они ждали носителя. И, так понимаю, с конкретными качествами. И Драконье Наречие оказалось столь могущественным, что гарантировало исполнение этой воли.

Много вопросов. Очень. У меня гудит пушистая башка!

Причём тут я и Забвение? Кто враг Забвению? Какая ещё пропажа как личности на третьей ступени Причастия?

Какой ещё конец мира⁈ Кто там такой должен прийти⁈

Всё вокруг не так. Что мир уже не тот, который я помню, что жизнь моя с первых минут крайне необычная.

А теперь я нахожу часы от причастного к Ордену Забвения?

Я.

Существо, забывшее свою первую и истинную жизнь — человеческую.

Ведь как бы я ни пытался, — а я пытался, поверьте, — но вспомнить что-либо вообще не удаётся. Но тут мы находим концепцию, отвечающую буквально за стирание. В мою последнюю девятую жизнь, в которой я СНОВА человек.

«Многовато совпадений для трёх дней жизни», — хмурюсь я.

Ладно. Хорошо. В этот раз я подыграю — коли хотите дать часы для защиты двух детей, то я не буду вертеть носом.

— Хаурус, — постучал я по затылку.

Сначала не вышло. У меня столько эмоций, что я сбивал расфокусировку, и Хаолит-зрение слетало. Раз сбил, два. Каждый такой провал сильно бьёт по глазам и голове, а потому пришлось взять минуту на успокоение, и лишь тогда Хаурус сработал.

Расфокусировка застилает глаза, но следом за слепотой приходит и новое зрение — размытые образы покрываются вполне заметным силуэтом… ничего.

Ничего!

Я внимательно оглядываюсь, и кроме как странной ауры у часов — больше ничего не вижу. Кровать, потолки, стены — нигде нет следов Хаолита. А если мы говорим про демонов, то следы их активного проживания не видно лишь в двух случаях: либо демон слишком сильный, либо слишком слабый.

«Хм, а это что…», — я вглядываюсь в Лизу, — «Хаолит?..»

В Лизе я видел отчётливое духовное тело. Но не искусственное, а врождённое, словно талант к магии. Оно пробуждено у неё довольно рано!

Так может здесь действительно сидит чёрт, и трогает её именно как источник силы? Я всё больше и больше верю в эту теорию, и Лизе действительно может НЕ казаться.

— Есть идея. Но сначала барьер сделаю, — закрываю часы и возвращаю фокус обычному зрению.

— Правда⁈ Что надо сделать? Дверь закрыть, уйти⁈ — загорелись её глазки.