Книга Девятая жизнь Кота императора. Том 1, страница 31 – Николай Новиков

Столбы дыма шли откуда-то с конца города и явно формировали часть туч, отчего свет был слегка желтоватый.

Я начал подниматься. Теперь осмотрим поместье.

Кованая чугунная ограда по периметру, высокие прутья и ворота с гербом Эшкрофтов — мечом и черепом. Куча листвы и дохлой травы.

Двор. Плиты разошлись и просели, в швах пробивается трава, после дождя стоят лужи. Слева одичавший сад: подстрижено лишь у входа, дальше бурьян, самосев да голые ветви.

Ну и самая громкая деталь двора: пустой каретный сарай-конюшня — скелет прежнего богатства, которому нечем наполниться. Для бывшего богача каждый взгляд на него — тихое унижение. Большой, просторный, которым можно гордиться!

И ныне неподъёмный.

Ну и дальше по мелочи: пересохший фонтанчик, каменная скамья со мхом. И иногда — следы того, что за двором ухаживает одна пара рук, Августина: подметённое крыльцо, чистота у самой двери, и состриженная крапива да репейник.

— Раньше дела были лучше… — вздыхаю, наконец выпрямляясь, — Мягко скажем. Очень мягко.

— Каждый из Эшкрофтов претендует на часть няследия рода, если докажет, что достоин. Раньше удявалось. Ну а Леонярд… не успел, — перепрыгивает старик окно.

— То есть, возможность ещё есть? — смекаю.

— Дя. Раз в год испытания. Следующее… вроде скоро.

Хм… интересно. Это что, можно ограбить моего друга Годрика? А хорошо звучит! Да за то, что я сделал для победы над Демон-Лордом он мне… вообще кучу чего должен! Всё!

Потом подумаем над этим. Но потенциально вносим в список с планами.

Прежде чем приступать к этим вашим магиям и барьерам от зла, мне всё ещё было интересно узнать где же, чёрт возьми, очнулся! Что за мир такой дивный? А потому первым делом, переступая противные лужицы, я подошёл к воротам.

Открывать не стал, но через них прекрасно видно и слышно.

Цокот копыт и грохот колёс по булыжнику — мимо проехала какая-то чудная повозка.

— Кэб, — пояснил кот, — Наёмный транспорт.

— Так повозка же.

— В повозках нявоз везут! А в кэбах — предприимчивых людей!

За ним вижу взаправдашний конский навоз на мостовой, а поблизости мальчишка-подметальщик расчищает переход в надежде на монетку. Ещё спешащие по делам мужички в котелках, работницы в шляпках, редкий богатей под зонтом.

Хм… не похоже на трущобы. Но и богатым районом не назвать. При этом и на средний достаток — вроде тоже. Всё вокруг будто… отражает моё положение, что ли? Некогда богатое место, ныне пришедшее в упадок, но изо всех сил старающееся сохранить лицо.

«Чувствую эманации энергии», — касаюсь ворот, — «Да, барьер тут явно был. Или даже… есть?».

Начинаю их осматривать. Взгляд скользит по прутьям, по земле, по замку на воротах, по гербу рода, и мельком касается…

«Так, стоп. Что?», — понимаю, что увидел, и возвращаю взгляд.

Под гербом Эшкрофтов была надпись.

— Это… это что?.., — неуверенно спрашиваю я, думая, что уже разучился читать или сошёл с ума.

— Ах, это? Девиз всего рода Эшкрофтов, написанный на драконьем наречии! Легендарная фраза самого Годрика! — старик гордо задрал хвостик.

— И… и что там сказано? — едва сдерживаю смех и уже хрюкаю в себя.

— «Сила к силе — во имя живых».

— НЬЯ-ЯХА-ХА-ХА-ХА-ХА!

Я схватился за живот, ножки подкосились, и я снова плюхнулся на спину, начиная кататься как блохастый во время чесотки!