Книга Девятая жизнь Кота-Императора. Том 2, страница 41 – Николай Новиков

— Кстати, наш венчальный священник, брат Мартин… сегодня не пришёл на встречу. Представляете? Двадцать лет ни разу не опаздывал! Никто не знает, что с ним. Другого искать, что ли… свадьба-то скоро.

И посмотрел на меня.

Люциан… пришёл не к невесте. Он пришёл посмотреть, вернулся ли я живым. Я вернулся. И теперь он это знает.

*БАМ-М*, — раздаётся гул.

Я вижу, как по пространству ползут хаотичные алые отростки. Словно трещины на картине мира, словно черви под твоими глазами, они каждый раз меняли положение стоило лишь повести взглядом или моргнуть! Воздух заполнился неизведанным, неопределённым, и ты буквально ощущал эту вязь, в которой не знаешь и малейшего намёка на будущее.

Моё сердце заколотилось. Я перевёл взгляд на Вику, но та сидела совершенно невозмутимо, словно ничего не поменялось! Она этого явно не видит, и судя по взгляду Люциана — не должен видеть и я.

И благодаря этому, а так же смутному пониманию природы этого явления, я, кажется, знаю что сейчас происходит. Дитрих делал ровно то же, только противоположной силой.

Люциан — посвящённый Хаоса. И он раскинул свою силу на весь дом. И полагаю… точно так же, как он это сделал в доме Беатрис во время нападения. Ведь Порядку Дитриха тогда мешал именно Хаос.

До чего же противная тварь.

«Так, осторожно. Прикинусь дурачком. Тем более уже получается строить из себя недотрогу», — хмурюсь.

— Да, его убили, — дружелюбно улыбаюсь я.

Виктория дрогнула. Я же… застыл.

Что?..

Что? ЧТО⁈ ПОЧЕМУ Я ЭТО СКАЗАЛ⁈ Я же хотел сказать совершенно иное!

— Да? С чего вы взяли? — вскидывает брови Люциан.

Молчать! Надо молчать!

— Еретиком оказался. А я рядом тогда был вот и узнал, — киваю.

— М-м-м… понятно…

Плохо. Плохо-плохо-плохо дело! Я никогда не взаимодействовал с Хаосом, я совершенно без понятия, как работает эффект наполнения им пространства! Люциан вообще что контролирует? Мои действия? Исходы событий? Мешает думать самостоятельно⁈

Не понимаю! Чёрт!

Ладно, есть идея. Я умный, вашу мать, кот!

«Надо сидеть ровно», — подумал я, и встал.

Понятно. Похоже, его сила в том, что результат всегда не соответствует ожиданиям, и любое намерение если не обращается в случайное, то явно зеркалится.

«Надо стоять», — подумал я, желая сесть.

И я остался стоять. Я не сел. Да какого хрена⁈

Убей.

Убей…

УБЕЕЕЕЙ ЭТУ ТВАААРЬ!

Всё тело дрогнуло. Едва не свело! Голова наполнилась туманом и навязчивыми мыслями. Такой силы, такой настойчивости, что вязкое чувство неопределённости от Хаоса начало отступать! Предел оказался сильнее Люциана, вытесняя его влияние!

Но… заменяя своим.

— Л-Лео… нард⁈ — застыла Виктория.

— Леонард, что с тобой?.., — хмурится Люциан.

— Я… у-устал. Отойду в уборную, если вы не против, — сказал я, снова дрогнул и быстро развернулся, на ватных ногах уходя в сторону туалета.

Не слушая ни ответов, ни реакции, я вышел из зала и… почти сразу же коридор поехал вбок. Точнее, нет, не он. Это я поехал, а коридор остался стоять — левая стена вдруг оказалась ближе, чем была, отчего я приложился к ней плечом, отлип и пошёл дальше.

Ноги ватные. Колени сгибались не когда я им велел, а чуть позже, как у подвешенной куклы. Шаг. Ещё шаг. Дверь уборной где-то там, в конце, то приближается, то нет.

Красные трещины за спиной бледнели. Я не оборачивался, но краем глаза видел — чем дальше от гостиной, тем реже и тоньше они ветвились, пока не остались мушками на самом краю зрения, как после яркого света. А следом ушло вязкое «куда ни дёрнись, выйдет наоборот». Я проверил, подумал «поднять левую руку», и левая рука поднялась. Слава богам! Только радоваться было нечему, потому что на смену Хаосу пришёл гул.