Книга И пришёл Лесник! 30 (S-T-I-K-S), страница 108 – Василий Лазарев

— Он опять что ли пьяный?

— Он не трезвеет.

— Изя, я Мерлина попрошу, и он тебя закодирует.

— Жестоко, я потеряю часть своего шарма, — Изя начал картавить с перепугу.

— Зато сохранишь жизнь, зайчик, — улыбнулась Маша.

— Ладно всё, всё. Пальчик, зайчик! — он подобрал половину моего пальца вместе с ногтем и повертел его в руках. — Хороший разрез, ровный!

— Знал бы там как он болит! — поморщился я.

— Поправимо! — папаша Кац плюнул на палец со стороны среза и прилепил обратно к моей ноге. — Стоять! Не дёргаться! Деньги в носки не прятать, это ограбление!

— Ему нельзя пить вместе с «гидрой», — покачал я головой.

— Почему же? Смотри! — он показал на мой палец. Он перестал болеть и выглядел как новенький. — Видал как я могу под боевым коктейлем. Мы же Предтечи!

— Кацу не наливать! Так, где вы говорите Фельдшер?

— Пойдём, глянем, — позвала меня за собой Лиана. — А ты знаешь, Женя… — она проговорила по буквам моё имя шепча его мне на ухо. — Когда появилась Маша и всё увидела, мне стало так хорошо. Мне показалось, что в данный момент я где-то далеко. И Ирка, эта лошадь безобразная обломалась!

— Наташа рядом с тобой была? — уточнил я на всякий случай.

— Ты знаешь, да! Где-то рядом. Мы так ржали над Иркой и над тобой, когда вас замкнуло!

— Это подло!

— Подло будет, если ты кобель кривоногий на Машу залезешь, — прошипела она. — Мы же видели, как она на тебя смотрит!

— Чего она могла увидеть за две секунды? — удивился я, хотя тоже заметил её взгляд.

— За две? Да всё. Нам хватает и одной. Шла я как-то по парку вечером после школы. Фонари горят один через три, не видно ни хрена, — начала рассказывать Лиана.

— Не страшно? Одна по парку после школы.

— Гонишь что ли? — она посмотрела на меня как на идиота. Ну да, кого я спрашиваю, она уже тогда такая же была. — Так вот из тени появляется мужик в плаще. Как раз под работающим фонарём и распахивает свою плащ-палатку. Рефлексы ты сам знаешь какие у меня. Увидеть, то я увидела всё и даже слегка удивилась, но нога оказалась быстрее. Короче мужик свалился от резкой боли и тихо подвывая пополз в кусты. Недавно дождь прошёл, земля мягкая. Вижу за ними борозда остаётся. Мне так жалко его стало, хотела догнать, но он сука уже в овраг скатился, а там грязно. Короче ему повезло. Понимаешь, о чём я тебе говорю, да? Мне хватает двух соседок, мы пообщались и решили, что Маши нам будет много.

— Всё понял, — кивнул я, с трудом представляя борозду после маньяка на мокрой земле. Бедолага.

Когда мы подошли к хранилищу спецназовцы жались возле входа боясь входить туда. Оказывается, Фельдшер погнался за одним муром и прыгнул в хранилище хорошенько вдохнув «гидры». Он и так был под коктейлем, а сейчас и вовсе стал неуправляемым. Мура то он догнал и вскоре показался с его оторванной головой. Этого ему показалось мало, и он стащил ещё десяток трупов в хранилище. И начал пировать. Так-то мы ему запрещали пить кровь, и он нас слушался, но на этот раз сорвался и сожрал тех десятерых. В основном печень и сердце. После чего опустил голову в туман и дышал им ещё около минуты. Посидел немного и побежал со скоростью пули на север. Там ничего интересного не было, кроме граничащим со Старым городом Пекла.

— У меня только один вопрос, — сказал я, уставившись на аккуратно выставленные рядком головы муров. — Изя, ты колол его «железом»?