Книга Война, страница 86 – Тимофей Грехов

— Ты спрашиваешь, почему маги, и даже твоя подстилка не получили клейма, когда погибло так много волшебных детей? — я кивнул. — Что ж, мало кто задаётся этим вопросом, — продолжал он. — Думаю, отсутствие ответа на этот вопрос у большей массы волшебников уберегает их об необдуманных действий, — Гриндевальд тяжело вздохнул. — Это как непростительные заклинания, всё дело в желании и мыслях. Маг должен желать смерти именно этому ребенку, именно этой личности.

— Бред какой-то! — перебил я Темного лорда. — Сжигая города маги будто бы не знали, что в городе находятся дети?

— Конечно знали. А ты решил, что раз мы уничтожили их города с их населением, то должны получить печать? Представь на секунду сколько войн прошло, при которых уничтожались города, а с ними все живущие в них! С такой логикой как у тебя, все маги стали бы предателями крови. В магглах нет магии, поэтому наши законы на них не действуют, также и наоборот.

— Но в городах могли быть маглорожденные маги? — спросил я.

— И что? Как ты не поймёшь, во все времена если уничтожались города, то не ради убийства конкретного ребенка, а потому, что начинались войны, и их целью был захват ресурсов, денег и прочего. В последней войне выбор был один либо они нас, либо мы их. Чтоб ты понимал, получить клеймо очень трудно. Твой предок очень сильно согрешил, раз пострадал весь ваш род. В древности большинство правящих семей были магами. Ты думаешь, за всю историю планеты, никто больше не убивал своих сюзеренов?

— К чему ты ведешь? — спросил я. Гриндевальд подводил меня к какой-то мысли, которую я не мог уловить. И вдруг в моей голове пронеслась мысль: — Ты не просто так вспомнил про богов сегодня, ведь так?

— О, у кого-то начинают работать извилины! — радостным голосом, не предвещающим ничего хорошего, сказал Геллерт. — Ты должен знать, нигде не прописаны наказания за нарушение магических законов.

Когда наша четверка готовилась к войне, мы создали подразделение, в котором были лучшие умы маглов и магов. Возможно ты слышал название «Аненербе», если кратко оно занималось: исследованиями, поисками древних ритуалов, заклинаний и изучением истории. Однажды в южной Америке, а спустя пару лет и в Тибетских горах, мы нашли одинаковые по содержанию тексты, в которых описывалась жизнь божественных сущностей.

— Возможно, в этих текстах говорилось о войне магов, а простые люди описали её как войну богов? — предположил я.

— Думаешь такой умный? — скривив лицо, спросил он, после чего продолжил. — Мы тоже так думали, пока не провели магический радиоуглеродный анализ. Этим надписям больше десятка миллионов лет!

Я не поверил, но Гриндевальд сидел напротив меня и ни один мускул на его лице не пошевелился.

— И к каким выводам вы пришли? — спросил я. — Насколько я помню, гипербореи не настолько древняя цивилизация.

— Хм, ты и о них в курсе. А как они погибли тоже? — я кивнул. — Знаешь, Рон, я бы с удовольствием взял тебя в официальные ученики и подписал договор мастер-ученик, но тогда, если ты вернёшься, в гильдиях появится надпись, о том, что я твой учитель. Не думаю, что кто-то это оценит, — и Гриндевальд засмеялся, — только представь их лица, если это произойдёт.

Меня тоже это повеселило пока не осознал, что после этой надписи меня объявят очередным Темным лордом. Тем временем Геллерт продолжил.